Добела

Докрасна

До синевы

Пока дрова не кончатся

Пока не за[дол]бет

Очко себе отожги, [ч]удак.

Сам [ч]удак.

После отжига котел надо

Прокалить с

Салом

Рапсовым маслом

Подсолнечное пойдет

Подсолнечное не пойдет

С луком

С чесноком

Без всей этой х[ер]ни

Пойдет, но рафинированное

Нах[рен] его прокаливать не надо.

После прокаливания котел можно мыть

Руками

Фейри

Мылом

Мылом нельзя

Можно, но только хозяйственным

Нах[рен] вы вообще его моете?

Одним словом, хорошо что есть интернет, всегда ясно и понятно расскажет, что надо делать.

— А нафига, собственно, фирма? – был обычный славянский вопрос?

— Ну как нафига, это ж строительство, тут надо чтобы профессионалы строили…

После нескольких наводящих вопросов относительно особенностей заборчика, а особенно стоимости его постройки в США, знакомый радостно сказал, чтобы Томми не гнал беса, а забор мы и без фирмы построим, сэкономив вам кучу денег.

Удивлению Тома не было предела, т. к. он знал, что мой знакомый врач – ортодонт, имеет кучу патентов и прочих бумажек в своей области. И тут забор!

На следующий день, закупив песок, цемент, доски и прочие материалы, забор чудесным образом появился на свет.

На это чудо приходили посмотреть все мужчины на "районе", знакомого тупо фоткали, Том устал рассказывать прохожим, сам не понимая – откуда ортодонт умеет строить забор. (Смешной момент был – подошел тип и ехидно так спрашивал – а как вы уровень выставляете, если у вас самого уровня нет. Ему была показана верёвочке с грузиком, которая стёрла всё ехидство с лица).

А ещё через пару дней знакомый увидел, как Том собирался садиться в авто, вынеся из гаража автомобильный пылесос. На вопрос – куда, Томми, собираешься — американец ответил, что едет в город, в фирменный сервис.

Вот перегнулись провода, переломались и они оголены, и теперь пылесос не работает, хотя он ПРОВОДА ПОЧИНИЛ и СМОТАЛ. Говоря это, Томми был невероятно горд.

Знакомый рукой показал Томми подождать, сам взял пылесос и пошёл в гараж. Причина была банальна – замкнули провода питания и из-за этого сгорел предохранитель на 10 ампер, который установлен в вилке, которую засовывают в прикуриватель.

Раскрутив ее и соединив проволочкой контакты предохранителя, знакомый отдал пылесос Томми. Написал и показал – какой потом купить предохранитель и куда его засунуть. Знакомый потом рассказывал, что отдавая пылесос – видел взгляд Томми, как будто он пожарный, который вынес ребенка из горящего здания и передает его матери, которая билась в истерике…

Том проставлялся за забор, и во время проставления спросил – откуда у тебя ТАКИЕ навыки?

Знакомый ответил, что в России всё многое умеют делать сами, и добавил… как у нас любят говорить: "Понимаешь, Томми, вы читаете инструкцию, а потом собираете что-либо, а мы сначала собираем, а потом уже, если не работает, читаем инструкцию… если и с инструкцией не работает, вот тогда в фирму… так развивается смекалка, и навыки приобретаются".

P. S. Дочка через месяц написала, что папа стал кумиром Томми, и Томми приглашает его на Гавайи на рыбалку.

Итак, жила-была девочка Сара и была у нее мечта летать. Не то чтобы как птица, а управлять самолетом. Судьба пронесла ее как мимо военной авиации, так и мимо гражданской и Сара получила профессию бухгалтера. Вышла замуж, родила сына – все как у всех, но мечта летать осталась. В 35 лет Сара все-таки получила заветную лицензию на управление легкомоторным самолетом. Самолет поначалу арендовала, летала с инструктором, потом без чтобы налетать нужное количество часов и набраться опыта. Наконец годам к 40-ка Сара и ее муж Джон купили в кредит небольшой подержанный самолет типа Кукурузник на 4 посадочных места. Вот тут-то и начинается сама история.

Аляска большая, но ничьей земли нет. Земля либо федеральная, либо племенная, либо штата, либо города, либо частная – у всех свои законы как эту землю защитить и живность на этой земле всячески охранить. Выйти просто так поохотиться не получится, надо получить разрешение на сезон и на вид дичи (лось, олень, медведь, рысь, горный козел и т. д.). Сервис предлагается огромный. Можно снять частный охотничий домик на пару-тройку дней или неделю или на сколько денег не жаль, нанять проводника-профессионала, зафрахтовать небольшой самолет или катер.

Чтобы было дешевле, веселее и безопаснее, Джон пригласил троих друзей на охоту. Сняли охотничий домик на берегу озера, закупили продуктов на три дня, заправили самолет. По договору, Сара доставила охотничью экспедицию на место стоянки на своем гидросамолете и должна была забрать всех в определенный день.

На Аляске главными конкурентами охотников являются медведи. Их тут три вида: черные, бурые, и белые. Гризли – это подтип бурого медведя, они более агрессивные, хотя и бурые далеко не мишки-гамми. Черные медведи от людей стараются уйти, но любят лазить по мусоркам. Поэтому все мусорные бачки на Аляске имеют "противомедвежьи" замки, если плотно не закроешь бачек, можно, выйдя из дома, напороться на картину "Три медведя ужинают без Машеньки" прямо на твоем дворе. Штраф городу заплатишь нехилый! А если им понравится, они будут возвращаться снова и снова. Нет-нет, пристрелить низзяя! Бурые и гризли строго охраняют свою территорию, но на людей не охотятся (в большинстве случаев). Белые — те жрут всех, кого встретят и кто не успеет убежать.

Джон и его товарищи по охоте могли каждый застрелить не более шести оленей в день. Но олени конечно тоже не дураки стоять и ждать пока их пустят на колбаску, их еще надо выследить, не-за-мет-но к ним приблизиться, выстрелить, и попасть. Самая сложная часть заключается в "незаметно". Незаметно идти по тайге очень сложно – там все против человека, то ветка под сапогом предательски хрустнет, то приходится через кустарник лезть напролом с ружьем и рюкзаком, то белка начинает орать над головой: "Понаехали тут! " и хочется пристрелить на месте горластую тварь. Олень услышит и учует вас еще до того, как вы заметите его белый хвостик, и тихо уйдет в сторону.

Вторая проблема, после того как вы пристрелили оленя – наши старые друзья медведи. Черные медведи просто пойдут за охотниками подъесть то что выбросили при разделке туши. Бурые и гризли идут на выстрел как на приглашение к обеду – кормильцы приехали! Поэтому охотники или быстро разделывают тушу на месте и быстренько оттуда сваливают или уносят тушу к месту разделки, но тоже быстренько. Здесь почти каждый охотник расскажет вам историю встречи с бурым медведем, который "случайно" выбрел на полянку, где охотники разделывали оленя минут через двадцать после выстрела. При этом охотники счастливы, если медведь просто даст им возможность уйти. Туша оленя достается хозяину тайги.

На этом проблема с медведями не заканчивается, они же обладают уникальным обонянием и чуют свежее мясо за мили, поэтому они часто ошиваются около охотничьих домиков и доставляют массу неприятностей охотникам. Как-то по утру охотник вышел до ветру справить малую нужду и в середине процесса из-за угла охотничьего домика вышел бурый медведь, шумно вдохнул запах вражеской мочи на вверенной ему территории и недовольно рыкнул. Так и бегал охотничек вокруг домика, ухватив штаны одной рукой и зажав детородный орган в другой как эстафетную палочку. Только медведю та палочка была не нужна, он хотел взять приз целиком вместе со мокрыми штанами. Олимпийские игры были преждевременно прерваны болельщиками, затащившими полумертвого фаворита гонок в домик. Медведь потом еще долго ходил кругами, пробуя на прочность двери, требуя выдать обидчика и метя территорию. Естественно в тот день никто на охоту не попал.

Когда Сара прилетела забирать охотничью экспедицию, оленье мясо было упаковано в специальные кулеры (такие мини-холодильнички из прочной пластмассы), по количеству кулеров она знала вес груза, который был предварительно оговорен и рассчитан. Но было одно но, вернее два, а именно две неразделанных оленьих туши. Это был перевес и Сара мягко отказалась брать на борт лишний груз. Охотники попытались ее переубедить, но Сара не соглашалась.

Слово за слово между пилотом и охотниками завязалась перепалка, в которой Джон принял сторону друзей-охотников. Сара пыталась объяснить, что озеро небольшое и "разбег" довольно короткий, подъем вверх резкий, что ели аляскинские очень высокие, и если они заденут ель, то у медведей будет праздник с человечиной на десерт, а дома куча детей останется сиротами, включая сына Сары и Джона. Четыре уставших небритых и озверевших от охоты и крови мужика ничего не хотели слушать, но Сара лишний вес не взяла. Пока самолет разбегался по воде, охотники печально провожали глазами две одинокие оленьи туши, оставшиеся на берегу озера. По возвращению, Джон выехал из дома в течение недели и в течение следующего месяца подал на развод.

Передо мной сидит приятная молодая женщина по имени Сара. Она рассказывает мне эту историю, стараясь не плакать, но слезы все равно нет-нет катятся по щекам. Я не знаю как ее успокоить, мне нечем ее утешить, впереди ее ждут многие месяцы разводного процесса. Я спрашиваю: "Если бы тогда на озере ты знала, что твое решение разобьет твой брак, ты бы взяла на борт тех оленей? " "Нет — отвечает Сара, — я не имела права рисковать жизнями людей и своей жизнью". "Ну — говорю я, - тогда ты все сделала правильно. Жизнь у тебя одна и маму твоему сыну никто не заменит".

Каждый год на Аляске бьются легкомоторные самолеты. То в тумане за верхушки елей зацепился, то ошибка пилота, то отказ системы, а то и вообще никто ничего не понял, но самолет на дне озера. Что-то мне подсказывает, что Сара никогда не пополнит эту печальную статистику (тук-тук-тук три раза по дереву).