Курьёзы

коллегии адвокатов. Причeм, специализирующийся именно по экономическому профилю. И ни разу не проиграл ни одного дела. В чем мы убедились после первого (в бытность работы нашей новой главбухши) прихода проверки налоговиков. Котoрые решили выписать нам штраф за то, что мы не обложили налогом похоронный венок, официально купленный на похороны прежнего главного бухгалтера.

Что делает Оля? Правильно – звонит мужу Андрею.

— Андрюша, налоговики шьют нам нарушение, что мы не обложили налогом венок для Веры Ивановны.

— В смысле? ?

— Говорят, что это «получение сотрудником натурального дохода», ст. 210 Налогового Кодекса!

— Оля, Вера Ивановна на момент покупки венка уже умерла?

— Ты смеешься? Конечно!

— Тогда объясни им, что усопший не может являться получателем дохода.

— Щас!

— Андрюша, они согласились. Но тут же сказали, что доход, значит, получил ее муж – поскольку расходы на похороны лежали на нем.

— Понятно. Что вы на похоронной ленте написали?

— Ну как что? «Быстрицкой Вере Ивановне от коллег».

— Ну раз от коллег – то какое отношение это имеет к мужу?

— Щас!

— Андрюша! Они вычеркнули только цену ленты. А венок, говорят, отдельно! И это доход мужа.

— Оля, сколько вы за венок отдали?

— 3200 рублей!

— Тогда оприходуй его как подарок – а по ст. 217 Налогового Кодекса доходы стоимостью менее 4000 руб. попадают под льготы и обложению не подлежат.

— Щас!

Андрюша, они говорят, что подарки усопшим не дарятся!

— А почему усопшим, Оля? Это лента пошла для усопшей, по их же словам. А венок – подарок мужу!

— Андрюша, они разозлились – но больше ничего не придумали. Спросили только, кто у меня такой сильно умный консультант. Я сказала. И они ушли! Андрюша, я тебя так люблю!

бежать дальше.

Узнав о служившемся, обер-полицмейстер Кокошкин поставил на ноги всю полицию, виновного отыскали и доставили к императору.

- Ты что, не узнал меня на Невском, когда сунулся под мою коляску? - спросил Николай у дерзновенного, оказавшегося мелким чиновником.

- Как же я мог не узнать моего государя? - ответил тот.

- Ты видел, что я звал тебя?

- Да, государь.

- Тогда почему же ты посмел убежать?

- Виноват, государь, по моя жена мучилась в тяжелых родах, и я спешил к повивальной бабке.

- Ну, раз так, вины на тебе нет. Ступай за мной!

Николай привел опешившего чиновника в покои императрицы и сказал ей:

- Рекомендую тебе примерного мужа. Он так любит свою жену и печется о ее здоровье, что не побоялся в заботах о ней нарушить царскую волю.

А через несколько дней императрица прислала “на зубок” новорожденному тысячу рублей. Жалованье же того чиновника составляло четыреста рублей в год.

В счастливый для своего семейства час перебежал он дорогу царской коляске!

Сама я такое объявление вешать не рискнула.

Была история, когда я находила кошелёк во дворе, внутри была не особо большая сумма денег, скидочные карты и фото маленькой рыжей девочки. Я распечатала фото кошелька, развесила объявления, и мне звонили люди днём и ночью, мол, это я потерял. На вопрос, сколько примерно денег было в кошельке, мямлили, а на вопрос, что ещё было, тоже выдавали разные варианты, но никто не сказал про фото. Понятное дело, что хотели на халяву чужой кошелёк, и пофиг, сколько там денег. Так и остался тот кошелёк у меня. На деньги оттуда я купила бабуле тонометр.

Второй раз я не стала так делать с объявлением, но ждала, вдруг кто-то спросит про кошелёк, повесит своё объявление. Искала в соцсетях, вдруг кто-то там напишет что-нибудь, смотрела новости местные. Но ничего.

Примерно через полгода я поняла, что никто не найдётся, и на эти деньги осуществила свою мечту. Пошла в автошколу, получила права и купила машину! Да, сумма действительно была немаленькая. Машина была неновая, но небольшая иномарка в хорошем состоянии. Я была счастлива! Раз я была за рулём, то расширила поиск работы и нашла хорошее место, которое находилось слегка за городом, но подходило по всем параметрам.

Я 10 лет ездила на своей милой машинке, каждый раз благодарила мысленно и желала счастья человеку, чьи деньги оказались у меня. На своей машине я всегда подвозила кого-нибудь: и пожилую соседку в больницу Показать ещё могла отвезти, и коллегу после перелома, и в плохую погоду могла подвезти рандомно кого-нибудь с остановки. Машина служила верой и правдой, никогда не подводила, не ломалась в неподходящий момент, и в лютые морозы заводилась, и в снегопады ездила, но настало время поменять её на другую, новее и больше. Я продала её сестре, начинающему водителю, за очень небольшую сумму. Велела мысленно благодарить, как и я, того человека, благодаря которому она куплена. Я надеюсь, что у него всё хорошо и его потеря вернулась к нему чем-то другим хорошим.

войны.

США объявили морскую блокаду Кубы, подняли по тревоге стратегическую авиацию и флот. Боеготовность была повышена до уровня DEFCON-2 — впервые в истории страны. Это означало одно: всё готово, остаётся только приказ.

Впрочем, командующий стратегической авиацией США объявил в радиоэфире готовность бомбить "красных" без санкции министра обороны США и президента. Советское командование перехватило эти сообщения, но сочла их блефом. А могло бы отдать приказ о превентивном ударе.

Над Кубой был сбит американский самолёт-разведчик U-2, и военные убеждали Кеннеди нанести удар «пока не поздно». Кеннеди тянул — и, как выяснилось позже, поступал правильно.

Генералы не знали, что двенадцать ракетных комплексов уже были в минутной готовности пуску. Ошибалось и ЦРУ, считавшее, что на Кубе находятся не более пяти тысяч советских военных — их было около сорока тысяч.

Фидель Кастро уговаривал Хрущёва нанести превентивный ядерный удар по США — дескать, «Куба готова погибнуть, но коммунизм должен победить». Хрущёв отказался. Этот отказ стал причиной охлаждения отношений между Москвой и Гаваной. При этом он предоставил командующему советскими войсками на Кубе, генералу Исе Плиеву, право самостоятельно принять решение о применении ядерного оружия в случае начала атаки или вторжения.

Тем временем мир спасала закулисная дипломатия.

Резидент КГБ в Вашингтоне Александр Фомин (оперативный псевдоним Александра Феклисова) вёл тяжёлые неофициальные переговоры с Белым домом. Он передавал предложения Хрущёва, разъяснял позиции сторон и фактически стал живым каналом связи в отсутствие прямой линии. Именно через него СССР и США смогли договориться. Позднее Фомина назовут первым человеком, спасшим мир от ядерной войны.

Тем временем кризис разворачивался не только в кабинетах.

7 октября 1962 года советская подводная лодка Б-59 оказалась блокирована американскими эсминцами у берегов Кубы. Американцы сбрасывали учебные глубинные бомбы, пытаясь заставить субмарину всплыть. Внутри температура превышала сорок градусов, связь с Москвой была потеряна, запасы воздуха подходили к концу.

Командир, решив, что война уже началась, приказал подготовить к пуску ядерную торпеду.

Для запуска требовалось согласие трёх старших офицеров.

Двое были «за». Старший помощник, капитан второго ранга Василий Архипов, сказал «нет».

Торпеда не стартовала.

Позже он почти не говорил о случившемся. После увольнения в запас Архипов жил под Москвой, в Купавне, работал председателем совета ветеранов города Железнодорожный.

В ту же ночь, на другом конце Тихого океана, на острове Окинава, четыре американские базы получили по радио приказ на запуск ядерных крылатых ракет MGM-13 Mace с боеголовками Mark 28. Коды совпали, сигнал был подлинным. Цели — Пекин, Ханой, Пхеньян и Владивосток. Однако уровень готовности оставался DEFCON-2: состояние войны (DEFCON-1) официально не объявлялось.

Капитан ВВС США Уильям Бассетт понял, что что-то не сходится, и отложил пуск. Один из офицеров обвинил его в предательстве и потребовал «немедленно начать жарить коммунистов».

Тогда Бассетт приказал «послать двух лётчиков с оружием и застрелить всех за пультами, если они попытаются произвести запуск».

Он дозвонился до командования — и там с ужасом отменили приказ.

Бассетт умер в 2011 году, после чего инцидент рассекретил BAS.

В результате переговоров СССР согласился вывести ракеты с Кубы, а США — убрать свои из Турции и снять блокаду.

После этих событий между Москвой и Вашингтоном была установлена прямая «горячая линия — телетайпная связь для передачи текстовых сообщений, чтобы исключить недоразумения и ошибки перевода.

Она действует до сих пор.

называла нас не только по фамилии, но и по имени-отчеству, не заглядывая в журнал! Высшей "наградой" считалось, когда она начинала называть кого-либо из студентов просто по имени! Это надо было заслужить... Впрочем журнал у нее в руках мы видели только один раз, когда знакомились...

Совершенно пустой стол - ни журнала, ни одного учебника или методички мы никогда там не видали! Классную доску, забитую формулами, примерами, дежурный за урок мыл раз 5-6! И все по-памяти! Оценки она по памяти проставляла прямо в учительской. Уроки вела только по памяти! Преподавала настолько доходчиво, что даже "троечники" по школе у нее становились отличниками...

При этом она обладала поразительным природным чувством юмора, до такой степени, что почти все ее шутки мгновенно расходились по всему институту в виде афоризмов, Омар Хайям отдыхал в сторонке, нервно почесывая пузо, когда на кафедру "восходила" Клара Аароновна! Жванецкий даже не собирался в Екатеринбург, потому, что наверняка знал - у нас есть ОНА!

При встрече с учениками из параллельных групп первейший вопрос у всех был - "ну и что она сегодня отмочила?! Ее любили все!

Это собственно была преамбула, теперь сама история:

Все отучились, получили дипломы, разъехались кто куда...

Однажды, спустя много лет мне с семьей пришлось переехать в другой дом (старый сносили. . ) и я снова ее встретил. В этом дворе она жила.

Сама подошла... - Вадим, а ты как здесь? (вспомнила сразу).

Объяснил, что переехал, теперь соседями будем...

Соседки про нее чего-только не порассказали! Утром гуляет во дворе с 5-ти утра в любую погоду! Весь двор (человек 600-700) знает по имени, даже малых детей, невзирая на свои (увы! ) уже 92 года, когда бабушки и помоложе уже в глубоком маразме... Совершенно безвредна, но близко ни с кем не сходится, на лавочках со старушками не сидит...

Я тоже встаю рано, да и на работу 6 км хожу пешочком. И время коротается, и полезно, пока транспорт еще не напылил...

Так вот - выходя из дома я во дворе постоянно с ней здоровался. Она отвечала всегда одной и той-же дежурной фразой:

- Вадим! , - ОНИ опять включили дождь! Вот на это у них деньги есть! ...

"Дождь" "заменялся" снегом, морозом, жарой, сыростью (зависело от погоды), кто такие "они", и где включается погода я никогда не переспрашивал, зная ее юмор... Так и жили. .

Когда она умерла, ей было 94, и только тогда мы узнали, что она была совершенно одна... эвакуирована из Одессы, всех потеряла еще в войну. Была совершенно одинока и закомплексована на своей национальности, считала, что здесь, на Урале, ее никто никогда не полюбит...

Кинули клич по однокашникам - отозвались почти все!

На похоронах ее ученикам в нашем дворе не хватило места, по дороге до кладбища кавалькада машин растянулась более, чем на километр... Из под цветов могилки было не видать...

Прошло уже 6 лет, но когда я бываю на кладбище, захожу и к ней, благо она почти у ворот похоронена. Могилка всегда аккуратно прибрана... Кто это делает, ни разу не видал, но догадываюсь, что кто-то из учеников.

Теперь, когда я вижу какие-нибудь изменения, не только в погоде... (новый дом, магазин, ларек, клумбу и т. д. ), я всегда невольно вспоминаю - "Вот на это у них деньги есть! "... Просто по хорошему...

Райскую Церковь, ее открывают буквально пару раз в год по религиозным праздникам, 15 августа она будет открыта, нельзя упустить шанс. Я оделась для поездки в горы: ботинки с рифленой подошвой, кепка на голову, рюкзак на плечи, короткие удобные шорты и маечка едкого цвета, чтоб в случае чего спасателям можно было легко меня найти. Плюс парео в кармане, в церковь в шортах нельзя.

Уже при подъезде к месту меня поразило большое колличество машин и автобусов, никогда столько не видела. Еще больше удивило, что многие одеты были не к месту нарядно. Средний возраст «альпиниста»– 74 года. Как они вообще собираются подниматься в горы? ? Чего-то в моей картине мира не сходилось...

На улице было 35 градусов и мы начали подъем по узкой извилистой тропинке. Довольно скоро увидели небольшую часовенку. Это не от слова часы, это просто малюсенькая церковь на 8-10 человек. Я на нее вообще не обратила внимания. Минут через 5 еще одну, потом еще одну. Первые две-три я вообще не смотрела. Одна, вроде бы четвертая, называлась «Венчание Марии и Иосифа», а следущая «Архангел Гавриил приносит благую весть Марии». Даже при моих очень скудных библейских познаниях, стали закрадываться сомнения... Как вы догадываетесь, потом была часовня «Рождение Христа», а за ней «Подарки Волхвов».

А вот теперь попробуйте представить себе сколько еще таких часовен будет до Райской Церкви, ведь рай- это где-то в самом конце пути. Часовен было много. Я не узнавала сюжеты, пока мы не добрались до «Тайной вечери». Сердце стучало от радости, я сказала мужу, что уже скоро будет Райская церковь. Во взгляде мужа читалось недопонимание. Для него это был вопрос из серии «сколько лет до конца школы, если я сейчас в 7 классе». Этот ответ был очевидным для всех, кроме меня. Муж у меня, как вы знаете, итальянец. Вроде бы не верующий, но все-таки рожденный в католической Италии, в отличии от меня, рожденной в атеистическом СССР. У него была детская иллюстрированная библия, а у меня «Детские и школьные годы Ильича». У него в 10 лет было первое причастие в церкви, а меня в 10 лет торжественно приняли в пионеры. Именно поэтому он знал, что от «Тайной вечери» до рая еще предстоит долгая дорога, а для меня это было полным сюрпризом. Мы продолжали идти в гору. Кто-то обгонял нас, кого-то обгоняли мы. Некоторые путники от усталости и жары разворачивались обратно. Другие говорили, что даже с остановками, но надо обязательно дойти до этой церкви, потому что это приблизит вас к Богу. Даже обещали, что на горе на нас снизойдет просветление.

После тайной вечери был суд Пилата (я так поняла), восхождение на Голгофу, ряспятие, воскрешение, встреча с Марией Магдаленой и вознесение на небеса. И вот теперь в соответствии с библейскими канонами, перед нами открылась прямая дорога к Райской Церкви. Мы вышли на нее уставшими, грязными и растрепаными. Некоторые паломники даже делали нам замечания, что негоже в таком виде в храм Божий заходить.

У меня появилось несколько вопросов, но я благоразумно промолчала, чтобы не сеять смуту в храме Божьем. Может кто-то из вас знает, почему изнурительный подъем по жаре приблизит вас больше к Богу и раю, чем, например, купить в аптеке лекарство больной соседке, или помочь дотащить сумку старушке, или подвезти в дождь до дома «безлошадного» коллегу, или навестить старенького одинокого родственика и попить с ним чаю. Наверное все эти варианты не доставляют так много страданий, как 2 часа в гору по жаре по тернистой тропинке с колючими ветками. Еще меня интересовало, как путник после такой дороги может хорошо выглядеть, чтоб никого не смущать своим видом в храме Господнем. И, если первый вопрос остался без ответа, то для ответа на второй достаточно было одного взгляда по сторонам. Возле входа в церковь мирно жевали травку мулы и ослики. Там внизу их давали на прокат, они сами знают короткую дорогу и за небольшие деньги отвезут вас прямо в райскую церковь без промежуточных остановок.

И вот тут в храме на вершине горы на меня действительно снизошло прозрение... Эта церковь была точным отражением всей нашей жизни. Кто-то, потея и натирая мозоли, сам добирается до «своего рая», кто-то не выдерживает нагрузки и разворачивается на половине пути, а кто-то доезжает до рая с комфортом на чужом горбу.

телефонной договоренности, поехал на собеседование. Со мной долго беседовали, спрашивали обо всём на свете. Отвечал я легко и непринужденно, так как особо не верил в успех своего безнадежного дела.

Затем выдали анкету и я начал заполнять пустые графы. На последний вопрос "как вы можете оценить стиль вашей работы" я не задумываясь написал "делать надо хорошо, плохо (херово) само получается". Дня через два мне позвонили и пригласили на работу. Генеральным директором был холеный мужчина лет 45 с почти европейскими манерами и крепким комсомольским прошлым. Года через три я дорос до начальника отдела и был принят в закрытый клуб участников пьяных посиделок с начальством во время которых, как водится, решаются все вопросы. Во время одной из них хорошо поддавший генеральный директор вкрадчиво спросил меня: "А ты догадываешься почему я тебя взял на работу без рекомендации? ". Я честно ответил, что нет. "Так вот. Ты единственный кто дал неординарный и по сути самый правильный ответ о стиле твоей работы. Я сам бы до такого не додумался. " Сказать, что я был горд собой это ничего не сказать. Мы по этому случаю выпили сепаратно на двоих.