Давно как-то было. Пришли к нам гости - давнишние друзья семьи: мамина подруга и её дочка. Последний раз виделись совсем детьми, а тут мне уже было за 20, дочке лет 16.
А я дома в одних шортах ходил, с голым торсом (я тогда еще спортом занимался, так что был в форме).
Ну сидели все за столом, Настя (так звали эту дочку) явно смущается, напряглась вся. А тут родители вышли покурить, остались мы вдвоем. Ну я чтоб разрядить обстановку решил начать разговор:
- А ты где учишься?
И тут она с пересохшим от волнения горлом хриплым голосом уверенно выдаёт:
- Настя! Я: - Понятно... Разговор не заладился...
Я:
- Понятно...
Разговор не заладился...
Лето, Анапа 2003г. Я с двумя дочками (5 и 6 лет) отправился на море. Торжественный момент первого захода в воду - девочки с визгом забегают в морскую пучину, а я, дойдя до области плавок, стою и ежусь. Тут младшая начинает меня брызгать - ощущение не из приятных! Делаю ей замечание и продолжаю заход. Эта маленькая егоза опять за свое! Ругаюсь погромче - не действует. Терпение мое лопнуло, подхожу к ней и начинаю выговаривать все ,что наболело за короткие дни отпуска: мол, я вам и попкорн, и аттракционы, и кафе, и аквапарк ... Лекция затягивается минут на 10. Старшая при этом стоит неподалеку и наблюдает за экзекуцией со стороны. Все сказав ,отхожу. Младшая стоит на месте ,потупив взор и надув губки. К ней подходит старшая и тихонько интересуется:
- Ну, что он тебе наговорил?
(тяжело вздохнув) - А ты брызни на него, он тебе сам раскажет ... АУТ!
АУТ!
Верните меня домой! Чтоб опять утром в девять часов ушёл гулять, вечером в одиннадцать вернулся, и ничего тебе целый день не надо: ни есть, ни пить, ни машину, ни зарплату.
Чтоб нашёл палку - и всё ,вот тебе оно, счастье: и меч, и ружьё, два, блин, в одном. Сразу: хочешь- будь солдатом, хочешь - рыцарем. Ну, а если нашёл какую-нибудь
Верните меня обратно! Чтоб девочки снова бесили. Чтоб в лужу залез в сапожищах дедовских и медленно так топаешь по ней, ищешь в луже такое место, где вода прям до края сапожищ доходит, но при этом внутрь не заливается. Чтоб конфеты от тебя прятали - а не так, как сейчас: смотришь на эту Рафаэлу и тошнит сразу же, как её вкус представишь. Чтоб на велосипеде всего одна звёздочка была , и чтоб задние тормоза срабатывали, когда педали назад крутишь. Чтоб катафоты на колёса навешал, цветной проволокой спицы обмотал, и всё – теперь ты ну, просто не реально, запредельно крут! И нахрен ваши спортивные площадки, дайте просто поле: два рюкзака бросил - и всё ,ворота футбольные готовы, сегодня ты - Зинедин Зидан.
А зимою, ночью, чтоб на улице -полный драбадан, чернота непроглядная, а ты зарылся в два одеяла, в комнате свечка горит. .. тепло... лежишь, на голые ветки за окном смотришь... и хорошо.
Сын решил приобщиться к ценностям предков, посмотреть “Гостью из будущего”. Было ему на тот момент 14 лет, из которых 13 прожил в Америке.
Подхожу, спрашиваю, как впечатление.
– Скукотища, – говорит. – Уже три серии ничего не происходит.
Посмотрел немного вместе с ним его глазами – действительно, маловато динамики. Третью серию вообще как будто Тарковский снимал, сплошные разговоры в больнице.
– Ну хоть юмор тебе понятен? Вот это, например?
На экране Алиса объясняет Юле, как готовить брамбулет. “Берешь обыкновенный мангустин и жаришь его на петеяровом масле”.
– Понятно, что тут смешного? Обыкновенный мангустин!
Сын пожимает плечами:
– Ну да, обыкновенный мангустин. У нас в овощном продается. Непонятно только, зачем его жарить, он же фрукт.
Вот оно будущее, наступило. Обыкновенный мангустин в обыкновенном овощном магазине. И ведь действительно, есть такой фрукт. Интересно, Булычев знал о нем или из головы выдумал?
Дочка играет дома с соседским мальчиком. Ей - 3, 5 года, ему - 3.
— Никита, будем играть в семью. Ты - папа, я - мама! И у меня скоро будет ляля!
(С этими словами ложится на пол, под платьице подсовывает мишку, немного поохав, достает мишку)
— Ты - мое солнышко, родился, мой маленький!
Никита, судя по выражению лица, явно не успевает за ходом столь стремительных событий. Доча, баюкая мишу, поворачивается и, окидывая взглядом Никиту, говорит: — Ну? ?! Чего смотришь? Иди, деньги зарабатывай!
— Ну? ?! Чего смотришь? Иди, деньги зарабатывай!
Встречаю на вокзале 10-летнюю племянницу из маленького городка. Сажаю на заднее сиденье своего авто и говорю: "Карина, посмотри, фонтаны уже подключили, сейчас мимо них поедем ужинать в кафе". Племянница задумчиво: "Меня встретила машина с водителем, фонтаны включили, в кафе везут. Наверное я - Путин?.."
Рассказал на банкете эту историю директор одной крупной госкорпорации.
Они с братом погодки. Родились и выросли в центре Москвы, где у еврейской мамы их рядом проживали масса еврейских же родственников. А папа был сибирских кровей, а потому пошел в своих родителей и месяцами мотался по тайге и тундре в экспедициях. Известный
Так и росли деточки в Москве под заботой еврейской мамочки и ее тетушек и дядюшек.
Отец, приезжая домой, глядел мрачно на это безобразие, но в воспитание не вмешивался. Пока братья школьники не устроили у него на глазах истерику на тему того, что мама не сделала им какое-то пособие для биологии.
Все. Хлопнул он в ладоши. Уезжаем. Одевайтесь, пацаны. А ты, мамочка, остаешься. Нечего визжать, так надо. К деду моему едем. Крестному. В город Ужур. Сам перелет и дорога от Ачинска уже были приключением и страданиями. Так много плакать как тогда - мы с братом не плакали до сих пор. Еда не та, спать неудобно на вокзале, трясет, люди вокруг плохие и вонючие и тд. И вот наконец мы предстали под очи сухонького старичка, который один жил на краю городка. Глядя на заплаканные рожицы пацанов, дед о чем-то пошептался с отцом, да и отправил его обратно. Хрен с ней с этой школой, здоровье дороже, приезжай за ними через месяц.
Когда отец привез братьев домой, первое что они сделали - пошли с ним в охотничьий магазин, где братья сами с бывалым видом выбрали себе ружьишки. Сайгу потребовали, чтобы тоже взял себе отец, а себе тщательно выбрали воздушки. Потрясенная мама утром увидела пацанов, которые в 5 утра злобно, по ее мнению, мутузили друг друга. На ее крик - они удивленно сказали, ты шо, мамка, ох[рен]ела? Мы боремся, это зарядка. Дай ведро, будем обливаться. На причитания мамы, что же с ними сделал этот дед - они сказали басом, не ссы мамка, плохого не было, ну так пару раз от[метел]ил нас дедуля, да это х[ер]ня. Зато мы такого кабана с ним завалили. И пошли рассказы про охотничьи похождения, сплавы и пр.
Так что вот, мужики. Если вы увидите еврея банкира, который х[рена]чит по тайге в фуфайке с ружьем - это не побег. Это я или мой брат идем на нашу родовую заимку на свою заслуженную охоту.
Дочери пять лет. Ходим с ней на танцы. В понедельник возвращаемся домой с вышеуказанного мероприятия, проходим мимо магазина. Предлагаю ей:
- Я возьму себе маленькую бутылочку пива, а тебе чупа-чупс, только маме не рассказывай, хорошо?
- Хорошо.
Заходим в магазин, я беру себе литровую бутылку "Оболони", мое чадо складывает в корзинку два чупачупса, две пачки чипсов, два пакета мармелада, два киндерсюрприза (себе и сестре)... Я говорю:
- Мы ведь на один чупа-чупс договаривались!?
А в ответ слышу:
- Так у тебя и бутылочка не маленькая.
Пришли домой, рассказал жене, посмеялись вместе. Через неделю забираю ребенка из детского сада, идем танцевать. По дороге происходит такой диалог:
- Пап, я маме ничего не сказала про пиво.
- Молодец!
- Значит я умею секреты хранить?
- Конечно умеешь. - Ну так может ты сегодня опять себе пива купишь?
- Ну так может ты сегодня опять себе пива купишь?
Вспомнила историю, которая произошла много-много лет назад, когда я еще сама училась в школе, и учительница русской литературы Нина Петровна задала на дом выучить любое стихотворение Александра Сергеевича.
У нее был открытый урок, и она хотела провести его в форме литературной гостиной. Причем, Нина Сергеевна предупредила,
Конечно, все хотели рассказывать «Я помню чудное мгновенье».
И вот, открытый урок настал. Задние ряды торжественно заняли директор, завуч и учителя из других школ. Все шло прекрасно. Гости, одобрительно кивая головами, прослушали, как Леночка Шлегель, будущая золотая медалистка школы, с чувством рассказала «Ангела».
Затем Серега Гисич оттарабанил пресловутое «Чудное мгновенье».
А потом настала очередь Вовки Ляпкало… Он откашлялся и начал:
Гляжу, как безумный, на черную шаль,
И хладную душу терзает печаль.
Когда легковерен и молод я был,
Младую гречанку я страстно любил;
Все начали прислушиваться – такого стихотворения никто не помнил. Нина Петровна забеспокоилась. А Вовка продолжал:
Прелестная дева ласкала меня,
Тут выступление Володи было прервано возмущённым голосом завуча:
- А это точно Пушкин?
Но директор сказала:
- Пусть продолжает.
И он продолжил. Я думаю, Вовку еще никогда не слушали с таким вниманием. Мы узнали о презренном еврее, измене гречанки, а потом и вовсе услышали:
В покой отдаленный вхожу я один...
Неверную деву лобзал армянин.
- Хватит! – завизжала Нина Петровна.
Наступила нехорошая пауза.
А Ирка Лисина вдруг спросила у учительницы:
- А что такое лобзал?
Лицо Нины Петровны покрылось красными пятнами. Вопрос Ирки остался без ответа.
Слово снова взяла завуч:
- Я считаю, Пушкин не мог написать такого стихотворения! Это грязная пародия... .
Одно время жили мы в городе Туапсе, который славен своим портом, нефтеперерабатывающим заводом и нефтебазой, что естественно откладывает отпечаток на менталитет жителей...
Вечер, мама укладывает спать младшего брата и читает ему сказки:
- А лисички взяли спички,
- К морю синему пошли, море синее зажгли...
Маам, перебивает брат: что, неужели у них такая сильная утечка на нефтебазе случилась?
ГОРЯЧИЙ ШОКОЛАД
Я когда совсем мелкий был, еще до школы, читал как то книжку про Карлсона, который живет на крыше. Да-да, именно в детсадиковском возрасте. Я читать вообще рано научился, в 3, 5 года, причем, по словам моей мамы типа сам. Просто на кубиках показали где какая буква, я и запомнил. Уже в средней группе воспитательницы,
Так вот, про Карлсона, если кто не помнит, то они с Малышом плюшки запивали горячим шоколадом. Так прям и написано было в книжке.
И я чота озадачился, как бы вроде все уже пил в этой жизни, и чай, и кисель, и компот из сухофруктов в садике, и даже кофе как-то попробовал, фу, горько и невкусно. А вот горячий шоколад мне почему-то никто ни разу не предложил. А ведь это должно быть вкусно! Простой-то шоколад, плиточный я оченно уважал, мне даже мама постоянно замечания делала, когда я конфеты шоколадные хомячил, что я их ем как огурцы.
В общем, идея созрела. На мою просьбу приготовить чашечку горячего шоколаду мама впервые произнесла фразу: - "[п]опа слипнется". К тому же в это время как раз подорожал шоколад. Было такое в начале 70-х, как-то в один день бах, и шоколад стал стоить ровно в два раза дороже. Я почему-то очень хорошо помню этот момент. В магазине тогда продавались маленькие шоколадки, из шести долек, по 10 копеек. Она так же была завернута в фольгу (мы ее почему-то называли золотинкой, хотя она совсем на золото не была похожа), которую можно было долго разглаживать ногтем на столе, чтоб ни одной морщиночки на ней не оставалось. Сверху еще была бумажная обертка, но что там было нарисовано, я не помню... Короче настоящая шоколадка, только маленькая, на один зубок. И стоить она стала уже 20 копеек!
Но я парень был упорный, если уж я чего решил, то уж выпью-то обязательно. Когда мне перепадали деньги, то я всегда чётко знал, на что я их потрачу. Я копил до нужной суммы, а когда набирал 20 копеек, то покупал шоколадку и прятал под матрас. Сосед-второклассник посчитал, что мне для полной чашки горячего шоколада нужно набрать 10 плиток.
В один прекрасный день мама, перестилая мне постель, обнаружила мой клад. Она была мудрая женщина, не стала устраивать скандал, она знала про мою мечту (я периодически пробовал канючить) и приняла решение. Сегодня мы будем пить горячий шоколад! Мы торжественно пришли в магазин, купили 4(! ) настоящих, больших шоколадки, купили полкило каких-то плюшек и отправились домой, предвкушая предстоящее пиршество.
Праздник оказался испорчен... Этот шоколад было невозможно пить. Чисто физически. Когда мы его растапливали в ковшичке до жидкого состояния, то он был слишком горячим, просто обжигал язык, а когда остывал до приемлемой температуры, то становился густым как масло. Намазать на плюшку его еще можно было, но пить вот ну никак. Я даже расплакался от безысходности, притащил на кухню книжку, захлебываясь слезами доказывал маме, что Малыш и Карлсон пили этот проклятый горячий шоколад. Она меня успокаивала, говорила, что видимо у них был какой-то другой, правильный шоколад. А у нас такого в магазине нет, есть только неправильный, который не пьется.
С тех пор я уже больше сорока лет шоколад не переношу на дух. Хотя сладкоежка тот еще. Мёд, сгущенку, варенье могу поглощать в неограниченном количестве, а вот шоколад как отрезало.
Сегодня, затарившись в супермаркете, я с досадой вспомнил, что не взял ничего попить, минералки какой-нибудь или сока. Сушняк с утра что-то ужасный. И тут в холле на выходе смотрю, кофейный автомат. Хоть они в нашей жизни появились уже довольно давно, но я как-то обходил их стороной, не доверяю я качеству напитков, приготовленных бездушной машиной. Но тут деваться некуда, во рту пересохло, подхожу к этому автомату. Запихиваю купюру 50р, читаю инструкцию, ога, выберите количество сахара, жму до максимума, выберите напиток. Таак, что у нас тут, эспресо, капуччино, двойной капуччино... Опаньки, ГОРЯЧИЙ ШОКОЛАД! Черт, ведь это наверняка тот самый, правильный шоколад, какой мне так и не довелось попробовать в детстве. Ну теперь-то я уж точно воплощу свою самую первую мечту, я попью этот долбаный шоколад. Уверенно нажимаю кнопку. "Ждите, напиток готовится", "Готово", приподнимаю шторку, забираю стаканчик, отхожу с тележкой в уголок, отхлебываю из стаканчика... Йопть, какао! Обычное какао.
Йопть, какао! Обычное какао.
Было мне лет 6-8, и была у меня обязанность - ходить в магазин за хлебом. Магазин на другом конце поселка, долгая дорога способствует развитию философии. От старших я знал, что есть такие ужасы ужасные - микробы, живут они в грязи и, если не мыть рук, они в тебя переберутся и болеть будешь. Представлял я их себе чем-то похожими на тараканов, но очень маленькими и с множеством ног, очень шустрыми. Прямо у магазина была никогда не пересыхающая лужа. Мучал меня постоянно вопрос - если булку хлеба очень быстро в эту лужу сунуть - высунуть, успеют микробы на нее заскочить или нет? Очень хорошо помню, что не провел эксперимента только потому, что не придумал как потом, даже если микробы не успеют не нее заскочить, отмыть булку от грязи? Мама ведь ругать будет за грязную булку.
В давние-давние времена был у меня друг Эдик. Эдик был бы обычным дворовым гопником, если б он не умел играть на скрипке и пианино и круто не шарил в химии. Он был пироманом, причем серьезным. Будучи в восьмом классе, он в домашних условиях получил нитроглицерин и пироксилин. Пироксилин он, правда, не досушил - и тот вяло разложился у Эдика на балконе, выбив окна. Но это все лирика. Для меня лично главным достижением Эдика было минное поле для тараканов. То были тараканьи времена! Тараканы были везде, и не было с ними сладу. Эдик делал какой-то чрезвычайно чувствительный взрывчатый состав (одним из компонентов был кристаллический йод, вторым, кажется, нашатырный спирт - но не уверен).
Пироман наносил его мелкими капельками на ватман, ватман клал на стол в кухне, сыпал приманку - хлебные крошки, сахар и т. д. , после чего мы шли пить водку в комнату. По мере высыхания состав становился взрывоопасен - и после третьей рюмки на кухне раздавались щелчки. Мины убивали тараканов насмерть далеко не всегда - часто просто контузили. Контуженных не добивали - Эдик помечал их крохотной капелькой гуаши, аккуратно сметал на бумажку и ссыпал за плиту - чтоб не задавить ненароком. Самый заслуженный таракан имел три отметки. Это был крупный, плечистый экземпляр темного окраса. У него осталось 4 ноги из 6-ти, но он упрямо снова и снова лез на минное поле.
Очередной взрыв убил ветерана. Эдик был искренне огорчен, и следующую рюмку мы пили, не чокаясь...
Если бы это было творчество укуреного ПТУшника, писать не стал бы. Данным самодельным, иллюстрированным фломастерами, ремейком известной сказки «порадовал» 4-х летний сын. Тонкая школьная тетрадка в клеточку, честно скоммунижженная у старшего.
«Самогон. Жили были старик со старухой. Говорит старик: свари мне, старая, самогон. - Да из чего сварить же, дрожжей нет, сахара нет. - На помойке поищи, у соседей попроси... ». Ну, дальше знаете. На каждой картинке встречающая разных зверей антропоморфная бутылка. «Я от бабушки ушёл и от дедушки ушёл, а от тебя... ». Финал более трагичный, нежели в русском народном оригинале. Хотя, если подумать, по сыновскому сюжету могло и старику не повезти. Дословно: «выпила лисичка самогон, упала, закрыла глазки и умерла. Самогон сивушный оказался».
Вердикт воспитательной: ещё раз такое увижу – к бабушке в деревню больше не поедешь. Теперь с бабушкой (моей мамой) беседа предстоит.
Германия. Вечерний трамвайчик.
Зашла в трамвайчик мама - [мав]ритянка с коляской.
В коляске хорошенький спокойнейший малыш.
Едут себе, никого не трогают.
Тут рядом с ними нарисовывается еще одна [мав]ритянка, которой, видимо, что-то не понравилось в нашей паре мама - ребенок.
И завелась она выговаривать им на их общем языке что-то очень агрессивное, долгое и нудное.
Для русских ушей, да наверное и для немецких, ее речь звучала как кваканье десятка квакушек на болоте.
Мама молчит и улыбается, народ вокруг хмуро терпит.
Продолжалось это долго, продолжалось бы и дольше, но тут у спокойнейшего малыша лопнуло терпение и на весь вагон раздалось жизнерадостное, громкое и продолжительное:
А-а-а-а-а-а-а! ! : )
Нашу квакушку сразу стало не слышно. Она еще некоторое время пыталась дитю перекричать, но в конечном итоге поняла, что конкурент не остановится и позорно сбежала на первой же остановке. Ребенок МОМЕНТАЛЬНО затих : ) Зато заржал весь интернациональный вагон ))
Зато заржал весь интернациональный вагон ))
