Детские истории #школа

что? Пойди туда, принеси то, не мешай, а ты уроки сделал? Телевизоры были редки, включались только вечером при родителях, одним словом - тоска. Конечно, где-то существовали "дворцы пионеров" как некие миражи, но больше они существовали в воспалённом воображении и отчетах пионерских руководителей. Единственное, что спасало от этой тоски дома, были книги. Но, впрочем, кому как.

К первому классу я уже бойко читал, и когда другие узнавали что «мама мыла раму», я узнавал про «Остров сокровищ», «Трех мушкетеров», «Робинзона Крузо» и уже не помню что еще. Безусловно, для моего незрелого ума была обозначена родителями «запретная» литература, которая была предусмотрительно упрятана на верхние полки шкафа, да еще и задвинута в самый угол. За её чтение можно было запросто лишиться доступа к книжному шкафу: «Декамерон» Боккаччо, «Гойя» Фейхтвангера, где был не важен текст, а были невыразимо интересны иллюстрации, какие-то запретные поэты ни на фиг мне не нужные, но, как известно, - главное не попадаться. А так, вынес на улицу помойку, сгонял за хлебом, чего-то нацарапал в тетрадь на завтра в школу и можно укрыться в дальнем углу с книгой, что бы тебя не трогали.

Все выше изложенное не более чем введение в ситуацию.

Так вот, добрался я как-то до книги «Проклятые короли» Дрюона. Не очень-то интересные, куда им до «Трех мушкетёров», но все-таки - короли, заговоры, отравления. Я несся галопом по сюжету пока не набрел на какое-то заковыристое слово: РОГОНОСЕЦ. Вроде бы обидное, но не мат и для сюжета имеет значение. Одним словом, я не нашел ничего умнее, чем спросить о нем моего отца. Его реакция меня удивила, нет, скорее напугала!

Вместо того, что бы ответить или отмахнуться от меня, сказать не знаю, отец напрягся и стал мне задавать вопросы: «От кого ты услышал, когда, где и т. д». Я понял, что залез куда-то не туда, прочел что-то не то, и меня сейчас лишат доступа к книжному шкафу. Помятую судьбу героических пионеров-партизан, которыми нас потчевали в школе, я ушел в несознанку. Мол слышал во дворе от мальчишек, не помню кто, не помню когда и так далее.

Отмазка была слабая, можно сказать вообще никакая. Принести со двора трехэтажный мат, самую актуальную феню, блатные поговорки - это сколько угодно. Постоянная ротация дворовой шпаны и блатных (в истинном значение этого слова! ), которые то появлялись откуда-то из зон и лагерей, то туда уходили, поддерживала тот языковый сленг, на котором мы все во дворе и общались. Но дома - ни в коем случае. Можно было схлопотать достаточно серьезно. Но - РОГОНОСЕЦ! Это тоже самое что спросить, сейчас, у второклашек про амбивалентность или дискурс. Как далее стало понятно - не прокатило.

Я затаился. И не напрасно. На следующий день мать поинтересовалась приторно елейным голосом, мол, откуда сыночек услышал это слово и, главное, от кого? Я понял, что влип по-крупному, замкнулся и перестал отвечать.

Конечно, его можно было услышать в нашей коммунальной квартире, где жило девять семей. Состав был пестрый: санитарка из поликлиники, профессорша античной литературы с мужем, большая рабочая семья, вдова полковника с двумя сыновьями, районный депутат с тихой, незаметной женой, мои родители, которые работали оба в министерстве и я со старшим братом и дедушкой. Все могли быть на подозрении. Сюда можно было добавить еще друзей родителей, которые часто собирались у нас или мы у них. Вот могли быть источники, но никак не двор!

Тем временем дома сгущались тучи, нет - неумолимо надвигалась буря, причиной которой был я. В общении появились сугубо интеллигентные выражения типа: «Не будешь ли любезна налить мне тарелку супа», «Тебя не обременит сходить, пожалуйста, в магазин за картошкой», ну и тому подобное. В принципе, ничего сверхъестественного не звучало. Вот, например, когда к телефону в коридоре звали профессоршу, то начало было такое: «Будьте любезны, не откажите пожалуйста в одолжении, если вас не затруднит позвать Н. А. к телефону». Это другой ветхозаветный профессор античной литературы звал нашу на предмет написания общего учебника. Но дома! ? В обиходе! ? У брата перестали ежедневно проверять дневник на наличие записей о его текущем хулиганстве, что грозило вызовом родителей в школу, и, того хуже, к кляузе из школы в партком отца (не шучу). Брат, глядя на меня, торжествовал, правда не понимал причины и предавался игре в карты во дворе. Мои попытки узнать у пацанов, кто же это «рогоносец», выдало мне только решение типа - «тупой как баран». Но это не проходило по контексту.

А двор, в принципе, знал все. Помню, как-то на резонное замечание девочки почти моего возраста, я ей отвесил: «Отвали, а то как дам по яйцам», получил десятиминутную унизительную лекцию о невозможности данного события по причине разного устройства этих органов у нас, с деталями и функциями. Пришлось позорно ретироваться и лезть на шкаф для уточнения нюансов по иллюстрациям к Гойя.

Я старался прошмыгнуть к себе в угол, как мышь. Тем не менее я, как оказывается, не закрывал плотно дверь в коридор, и из-за меня смердило из общей кухни тушеной кислой капустой и жареной на нефтепродуктах перемороженной камбалой. Двор отпал как-то сам собой, и жизнь покатилась под гору.

Так прошла рабочая неделя, и в воскресение утром я был поставлен перед отцом. К чему это разбирательство могло привести, я уже догадывался. Это называлось «выдрать как сидорову козу». Отец был бледен (ну, может быть, это художественное преувеличение) и неумолим. Надо было колоться, иначе моя филейная часть могла познакомиться с солдатским ремнем, на котором отец правил опасную немецкую бритву.

Юные пионеры-партизаны с сожалением взирали на меня с небес.

Со слезами на глазах, понимая, что я лишаюсь недочитанного «Декамерона» и еще ряда других сокровищ мировой литературы, признался, откуда это проклятое слово - РОГОНОСЕЦ. В подтверждение мне пришлось достать эту книгу, найти эти цитаты и уже почти разреветься. И... ничего! ! Ну то есть ВООБЩЕ ничего! Шкаф не закрыли, во двор отпустили. Из кухни стало пахнуть снедью от Елены Молоховец. В доме опять стали жить «котик» и «мусик». Даже брат не получил по заслугам.

К вечеру родители ни с того, ни с сего укатили в ресторан, а нам с братом оставили включенный телевизор.

Однако слово так и осталось необъясненным. На мой робкий вопрос отец ответил, что слово это нехорошее и лазить, куда мне не следует, он не рекомендует, а когда я вырасту, то узнаю сам. И правда, когда вырос, то узнал действительное значение этого слова.

оборачивается ко мне и с какой-то безумной надеждой во взгляде тянет

ко мне руки:

- Мама, я больше всего люблю мочу сдавать!

* * *

В больнице Санька научился считать, я этому порадовалась и это дело

поощряла. Ходили с ним на процедуры, общались с больничным людом, и

часто я наблюдалала, как он, видя новые предметы, беззвучно шевелит

губами и двигает пальчиком - считает. Иногда роняет: "Три лампы в палате

у нас", или: "Пять пуговиц на халате у тети", или: "Четыре мухи на стене

сидят", ну и т. д.

В палате нашей лежат - кроме него и меня – еще три мальчика, школьники

младших классов. И вот как-то пришла медсестра, загнала всех четверых на

кровати, сделала уколы и ушла. После этого в палате тишина, дети

подавленно молчат, переживают случившееся. Потом один из мальчиков

решает встать. С трудом сползает с постели, тихо жалуясь:

- Блин, [п]опа болит...

Небольшая пауза, после чего Санек ровным голосом уточняет:

- Четыре жопы болят.

* * *

В песочнице трое друзей: пятилетние Маша с Димой и мой трехлетний Санек.

Маша говорит Диме:

- Давай играть. Я буду хозяйка дома, а ты будешь хозяин дома.

Забытый по малолетству Санька суетится:

- А я буду... А я буду... Ваш папа!

* * *

Стараюсь выманить Саньку на прогулку. Говорю ему:

- Давай мы с тобой сейчас оденемся и поедем зверей в Африку лечить.

Рассказываю, уговариваю. Не помогает.

Спряталась от него в ванной. Слышу, он ходит, ищет меня и говорит

растерянно:

- Где мама... Мама в Африку ушла...

* * *

Суечусь на кухне по хозяйству. Нехватка времени, ничего не ладится. Тут

еще Санька пристал с расспросами. Только объяснила, спрашивает опять то

же самое. Я громко выговариваю ему:

- Саша, у тебя зачем голова на плечах? Соображай хотя бы немного сам!

Санек обиженно замолчал. Потом тихонько говорит:

- Морда мохнатая.

* * *

Делаю Саньке воду с вареньем. Он с нетерпением прыгает на своем

стульчике, тычет пальцем в направлении стакана:

- Вот это вот... Стаканчик... Дать... Полное баланды... (см. "Кошкин дом")

* * *

Читаем с Санькой "Золушку". Он спрашивает:

- Мама, что такое слуга?

Я отвечаю:

- Это, Саша, у богатых были такие люди – слуги. Они и стирали, и

убирали, и готовили – все делали.

Саньку озаряет:

- Мама, а ты – слуга?

* * *

Купила Саньке детское домино. Говорю ему:

- Вот здесь на коробочке написано: игра, детское домино.

Спустя какое-то время вижу, как он "читает", водя пальцем по коробке:

- Дет-ска-я до-мо-ва-я иг-ра.

* * *

Саньке подарили новую книжку про животных. Листаем ее вдвоем с ним.

Обсудили понятия травоядных и хищников. Я ему привела примеры: "Корова,

лошадь – травоядные животные, а лев, тигр, волк – хищники". Убежал

играть. Потом бежит с вопросом:

- Мам, а спиногрызы – хищники?

* * *

"Пасем" наших драгоценных отпрысков во дворе. Они копошатся в песочнице,

а мы, несколько молодых пап и мам, стоим рядом и что-то увлеченно

обсуждаем. Рядом с песочницей – невысокое раскидистое деревце ранетки,

на которое любят лазить дети. И в этот раз один из мальчишек, Фаиль,

оставил свои куличи и решил слазить. Залез на нижнюю ветку - и ни туда,

и ни сюда. Один из взрослых, Серега Ионов, отвлекшись на секунду от

разговора, спустил древолаза на землю, после чего продолжились игры и

разговоры. В какой-то момент из песочницы слышится осуждающий Сашкин

бас:

- Дядя Сережа, положите Фаиля обратно на ветку – он дразнится!

* * *

- Ма-ляв-ка! Ма-ляв-ка! Мне семь лет, а тебе – только пять! Я в школу

пойду! Ты – малявка, а я – уже большой! - дразнит Сашку сосед Сережка.

Приунывший было Санек защищается:

- Зато ты раньше меня старичком станешь.

* * *

Выбиваясь из сил, тащу санки с Сашкой через длинный грязный рыхлый

сугроб, а он там в санках играет в шофера и кричит мне:

- Мама, быстрее, быстрее! Я третью скорость включил!

* * *

У нас сидит в гостях знакомый. За разговором поинтересовался, как мы

встретили Новый Год. Потом говорит:

- А я на Новый Год болел.

Я спрашиваю:

- Чем?

- Да черт его знает чем. То ли ОРЗ, то ли грипп подхватил.

А Санька, хихикая, острит:

- А, может, мухомор съел...

* * *

Санек плещется в ванне, "плавает", "ныряет". Лег на спину, выставил свой

стручок из воды и радостно говорит мне:

- Смотри, труба на корабле!

* * *

Переодеваю Саньку. Тут меня из другой комнаты позвал муж, и я

откликаюсь:

- Подожди, у меня тут Санек в костюме Адама.

- В каком костюме? – насторожился сын.

- Когда человек голый, про него говорят, что он в костюме Адама.

Санек немного подумал, а потом заявил:

- Мама, а у тебя лицо в костюме Адама.

* * *

Октябрь. Саньке очень понравилось плескаться в лужах, но мне, конечно,

это не пришлось по душе. Чтобы избежать слез, старалась его отвлечь.

Когда он приближался к луже, я начинала отходить быстрым шагом и

говорила:

- Саша, я пошла! До свидания! – и он, помедлив, догонял меня.

И вот это перестало действовать. Теперь, когда на нашем пути попадается

симпатичная - глубокая, грязная - лужа, Санек резво бросается в самую

середину и, опережая меня, орет оттуда моими же словами:

- Я пошла! До свидания!

Мол, ну и проваливай.

Простудиться. Замерзнуть.

Во дворе мы залили небольшой каток. Или большую лужу. Ну, как залили... Заклинили колонку и вода разлилась метров на 25 квадратных. На нас накричали, конечно. Но мороз помог в каток эту лужу оформить.

И чтобы не просто стоять и мерзнуть в мечтах захворать, я начала по ней кататься.

С нашим двором граничил детсад и за сеткой начали собираться зрители. Я им заявила: "Щас! " и убежала домой.

Эти зрители и недавний просмотр фигурного катания сподвигли меня нарядиться повеселее: достала любимое платье, сшитое бабушкой, желтое со вставками (как у принцессы! ) вкусного шоколадного цвета, пышное и короткое. Ну, как надо!

На ноги отыскала жёлтые гольфы и сандалеты коричневой кожи, в тон вставкам на платье. У меня уже был вкус!

Распустила косы, тряхнула головой и вышла на улицу. Минуты через три. Зрители меня ждали. Мороз -12-15°С, снег скрипел, светило солнце, ярко синело небо.

И я продолжила свои пируэты на льду. Даже не так. Я вошла в раж! Разбегалась - и крутилась, прыгала, летала стрелой, делала ласточку в движении, падала голыми коленками на лёд, заламывала страстно руки, пела что-то, создавая музыкальное сопровождение. Гладкая кожаная подошва скользила отлично.

Спектакль был, наверное, нескучный, потому что все метров двадцать сетки были уже плотно заставлены детсадовской малышней из нескольких групп. Они хлопали, пищали, орали, а я гордо делала вид, что их не замечаю - я же выступаю, как по телевизору! Только по телеку чёрно-белые все, а я ведь РАЗНОЦВЕТНАЯ!

В 12: 00 воспитательницы растащили детей на обед и крикнули мне, чтоб домой шла, а то заболею. Тю, так для этого и старалась!

Не помню, чтобы я хоть замерзла.

И даже не чихнула!

11 января пришлось идти в школу.

Р. S. Потом воспитательницы жаловались маме, потому что им жаловались родители. Некоторые девочки с истерикой потребовали нарядить их в платья и гольфы и так топать в детсад. Потому что они видели, что и зимой "так можно".

накалу борьба с шариковыми . Ручками. С шариковыми ручками , я имею ввиду.

Да, мне 300 лет, я выполз из тьмы, я писал чернилами. Из-за чего все было в чернилах. И кляксы, кляксы! Забытое слово! Когда х[рена]к -и надо переписывать все! И да, ручки эти надо было заправлять чернилами толькотуставного цвета!

И тут в нашу жизнь пришел прогресс! Шарик! Не кляксится, не надо его заряжать, не пачкает все вокруг собой.

И все учительская гвардия, вся завучевская рать встала на праведный бой! Нет шарику! Тетради не принимаем! Домашки тоже!

Почему?

Объяснения были разными, но близкими по степени абсурда. Шариковые ручки… тадаммм… ПОРТЯТ ВОЗ… ПОЧЕРК!

Вот так вот. Как хочешь, так и понимай. И девок тоже портят, видимо. А так же наводят порчу на домашний скот и потраву на посевы.

На самом деле , ответ один: не положено.

Тогда-то до меня дошла простая истина, что раз за школу платит государство, то делается там все в его интересах.

Юниты обучаются вставать утром, [ман]довать туда, куда не хочу , зевая и матерясь, и делать то, что скажут. Чем абсурднее, тем тщательней делать. И не [зв]издеть.

Сам я имел на эту систему свои взгляды, потому как-то приперся на урок с гусиным пером.

Соседский дачный гусь с говорящей кличкой Полкан лишился пера в кровавой битве. Все руки, сволочь, мне исщипал. Орал страшно.

За партой я сидел , мнил себя пиитом, задумчиво вперяясь взглядом в потолок, и элегически шкарябал оным по папиру.

Соседи выли от хохота. Дальше было все предсказуемо: крики, вышвыривание в коридор, директор, родители, давящиеся от хи-хи, одобрительный [ман]дюль дома, и вот меня уже спрашивают школьные негодяи : где перо взял?

Полкана я сдал быстро.

Ободрали его, сердягу, так, что хоть сейчас в духовку суй.

И понеслась.

По Ленину. Партия школьных негодяев, вооруженная передовой теорией, увлекла с собой массы. Идея пошла в народ.

Учителя не смогли остановить вал народной фронды, и шариковые ручки узаконили.

Но мне, гадине такой, припомнили все.

Пришлось менять школу. Из этой я бы вышел с таким аттестатом, что и в тюрьму б не взяли. Палкой через ворота б от стен отпихивали.

это незыблемое правило нарушила, за что мгновенно и поплатилась: вышла из магазина, а велосипеда нет. Она очень сильно расстроилась, и родители ее ругали: предупреждали ведь! Но самое печальное, что мы теперь не могли ездить на большие расстояния. Кто-то ехал, а кто-то шел, а потом менялись. У меня на "Салюте" был багажник, но ехать долго было тяжело. И вот я решила сделать подруге сюрприз и купить ей новый велосипед! Я, вообще, очень люблю сюрпризы) Но легко придумать, а как осуществить, где заработать денег летом после второго класса? На завод меня бы точно не взяли (у нас тогда градообразующим предприятием был «Быковский авиаремонтный завод»).

Я решила посоветоваться с более старшими товарищами и подошла с этим вопросом к маме. Мама у меня провизор-фармацевт в то время работала в аптеке, и она подала мне прекрасную, как мне показалось, идею – собирать лекарственные растения. Аптеки тогда принимали засушенные растения: килограмм подорожника, например, стоил 1 рубль (что-то около того). Я написала в голове бизнес-план. Велосипед можно было купить рублей за 50-60 – это означало, что мне надо набрать всего 60 килограммов подорожника) А чтобы велосипед был куплен быстрее, я должна была собирать по пять килограмм в день (решила, что десять это перебор, а пять я вполне потяну). Такая вот нехитрая детская арифметика. На подорожнике я и остановилась) Благо, рос он у нас везде.

Надо сказать, что жили мы в то время в трехкомнатной коммуналке: наша семья занимала одну комнату, вторую одинокая старая женщина (когда мама мне во взрослом возрасте сказала, что нашей соседке Нине было 32 года – я удивилась, но она имела очень склочный характер – это я теперь понимаю, что от одиночества), а вот третья комната пустовала и была открыта. Ее-то я и заложила газетами для просушки сырья для моего нового бизнеса. Нет, мама меня, конечно, предупреждала, что сдать даже килограмм сухого подорожника будет очень сложно (сильная усушка и утряска). Этим взрослым только бы трудностями нас пугать! Соберу 60 килограмм и куплю подруге велосипед. Про свою конечную цель я маме не говорила – хотела потом гордо показать купленный велик)

На следующее утро я взяла сумку и пошла по поселку в поисках добычи. Через час я поняла, что мне только казалось, что его много, а так… собираешь-собираешь, а сумка наполняется еле-еле. Я пошла в частный сектор (поселок у нас состоял из 3-5-9-ти этажных домов с одной стороны и частных с другой). Там набрала еще, но сумка до конца так и не наполнилась. Потратив часа три и не набрав даже одной сумки, я немного приуныла, а еще больше, когда взвесила то, что я собрала: там не набралось даже килограмма. Я разложила подорожник на газеты и решила посвятить в свой план еще двух наших подруг. Поняла, что одна я этот подорожный бизнес не тяну. Подруги отнеслись к моей идее с воодушевлением (впрочем, как и ко всем моим бредовым идеям: мне кажется, что со мной и дружили потому, что я постоянно фонтанировала какими-то новыми, но несбыточными проектами).

Решили мы сразу в лес пойти, благо, он был совсем недалеко. В шесть рук, да за разговорами, собирать было веселее, но сумки опять наполнялись очень плохо. В тот день мы собрали около килограмма на троих (заодно наелись каких-то ягод и заячьей капусты). Принесли ко мне и разложили уже к имеющемуся подорожнику. Наутро я заглянула в комнату: процесс сушки как-то затягивался. Собирать подорожник мы пошли уже, практически, без энтузиазма. И килограмма не набрали. В сухом остатке (точнее в мокром) мы имели 2, 5 килограмма подорожника. Решили подождать пока этот высохнет и идти за новой партией – уже надоело, честно говоря. Он не высох ни на завтра, ни на послезавтра, мне вспоминается дней 5, а то и больше. Ну и конечно, главное разочарование ждало нас, когда мы взвесили сухой подорожник: там было грамм 150 - не больше. Мама выдала мне 50 копеек, как утешительный приз, а я поняла, что взрослые в этой жизни что-то да понимают и иногда стоит прислушаться)

Я, когда историю писала, подумала, что с небольшим бизнесом такая же история часто: когда заплатишь аренду, коммуналку, зарплату, налоги – там такая же «усушка» происходит, как и с подорожником.

P. S. Велосипед подруге все-таки купили недели через две.

и шел. Все без помощи родителей. (Это потом он конкретно разленился).

Рядом с домом в то время шла стройка. Работяги на стройке начинали свой рабочий день в 5 утра, звучал гудок.

И вот в одно утро брат услышал гудок и решил, что это звенит его будильник.

Не посмотрев на часы, тихонько встал, собрался, вышел из дома (а школа находилась в 15-20 минутах ходьбы).

Через некоторое время встали родители. Бац, а сына дома нет!

- Леш! Ты где? Хватит прятаться!

Посмотрели в шкафах, под кроватями и пр. Потом побежали по району его искать.

Им в голову не могло придти, что их сын спокойно сидит на крылечке и ждет, когда же, наконец, откроется школа. Что только они не передумали!

А Леша обнаружил, что забыл баночку для воды на урок рисования, и решил вернуться за ней домой (ведь тогда отсутствие баночки каралось двойкой). Представьте его удивление - родители встречают на улице, обнимают, целуют со слезами радости на глазах!

Вот как можно иногда родителей и до седых волос довести!

и очень ждали, несмотря на то, что наши планы менялись. Мы сами были почти детьми и имели небольшое представление о том, как тебя воспитывать. Мы старались давать тебе лучшее, заботились, переживали за тебя, не били, говорили с тобой часто, и если где-то были косяки, то это не из-за нашей жестокости или нелюбви, а только по неопытности. Мы отдали тебе лучшую комнату, большую и с балконом, отдали тебя в хорошую гимназию, покупали игрушки и почти всё, что ты хотела. Да, у нас не было денег на очень дорогие вещи или на конный спорт, как ты мечтала, но остальное у тебя было. Да, мы не ездили за границу, как многие твои одноклассники, но зато мы ходили в классные походы в горы. И ты училась в платной гимназии, что позволило тебе поступить в университет без проблем. Ты знаешь два иностранных языка, окончила художественную школу, в которой, между прочим, все материалы тоже недёшево стоят. Но ты почему-то припоминаешь другое. Как мы тебя редко хвалили за домашнюю работу. Но, милая, это была твоя обязанность — мыть посуду и вытирать пыль. Я готовила еду, папа ходил по магазинам, выносил мусор и пылесосил, нас никто не хвалил. Мы редко говорили тебе, что ты красивая; редко — это, по-твоему, не каждый день, наверное. Я ударила тебя, да, однажды, когда ты называла свою бабушку — мою маму — старой и тупой мразматичкой, потому что она забыла попросить тебя купить лекарство, и тебе пришлось второй раз идти в аптеку, а не пойти гулять с друзьями. Мы заставляли тебя учиться. А кто из родителей не делает этого? И кто из детей добровольно сидит и учит формулы по физике вместо того, чтобы отдыхать? Мы не учитывали твоё мнение. А что, надо спрашивать восьмилетнего ребёнка, хочет ли он поехать на дачу, куда едет вся семья? Или надо спрашивать разрешения у подростка, чтобы завести ещё одного ребёнка? Или, может, советоваться с ним о том, какую машину купить? Ты была недовольна, что мы купили маленькую машину, зато новую, ведь ты мечтала о внедорожнике, как у одноклассников, хотя с нашим бюджетом мы могли купить его разве что выпущенным лет 30 назад. Почему в своей неуверенности, неумении выбирать друзей и работу ты обвиняешь нас? Почему ты выкопала что-то плохое, надумала себе что-то плохое, что было в прошлом, и живёшь этим? Ты взрослая женщина, строй свою жизнь, не выискивая несуществующие обиды родителей".

Всё это мы сказали дочери, но она всё равно считает, что у нее было детство, полное травм.

отряд на две команды по гендерным признакам и пустили все на самотек, решив, что советские пятиклассники и пионеры после такого разделения ничего особенно плохого придумать не смогут.

Подготовка шла в условиях такой конспирации, что даже такой старый и опытный конспиратор, как дедушка Ленин, лежа в своем мавзолее, тихо завидовал изворотливости младших товарищей. В школе мальчики изо всех сил подслушивали девочек, а девочки подсматривали за мальчиками во все замочные скважины. Но до самого последнего момента никто, никто из посторонних так и не узнал, что будет происходить на сцене актового зала.

Из-за неуемности фантазии и скудности бюджета КВН зачем-то получился костюмированным, хотя и на основе школьной формы по бедности.

Девицы изображали вполне себе политически правильный партизанский отряд, типа «голова повязана, кровь на рукаве и след, разумеется, кровавый стелется по сырой траве».

А мы, стырив из родных домов относительно белые простыни, оделись аполитичными привидениями. И не спрашивайте почему, я и под пытками не расскажу про самое лучшее привидение с мотором из книги неизвестной мне шведской писательницы про Пеппи Длинный чулок. Не знаю потому что.

Простенький такой костюмчик: пара дырок для глаз и несколько стежков белыми нитками и неумелыми руками. Если кому надо я и сейчас могу изготовить из простыней заказчиков, обращайтесь.

В актовом зале чинно расселись приглашенные учителя с родителями. И был выход.

Дамы, конечно, вперед. Под хриплую пластинку с песней о Щорсе. Сильно израненный партизанский отряд из тонконогих девиц в коричневых мини-платьях с белыми фартучками шествовал по проходу.

В шеренгу по два. У каждой одна рука на перевязи, все в пилотках со звездочками и игрушечными автоматами "Огонек". Двое девчонок, возглавлявшие этот отряд инвалидок, были в папахах с красной полосой, а кроме рук были ранены в голову, что обозначалось повязкой типа "шапка летчика" с пейсами из бинтов.

Революционные партизаны промаршировали и выстроились на сцене. Приглашенные, проявив нечеловеческий стоицизм и понимание момента, хихикнули всего два раза (сдавленно) и зааплодировали.

Приведения выходили по-другому. Они ж вообще в натуре не ходячие, а летающие, потому что у них ног не должно быть. Если птице отрезать ноги… Нет, это из другой, более поздней оперы. А тогда ног никто не отрезал, привидения летели бегом и старательно гремели по паркету стыренными на подшефной коровьей ферме цепями от коров. Несколько привидений были покрыты редковатыми мелкими цветочками голубеньких и розовых оттенков – советская промышленность улучшала дизайн постельного белья.

Одно такое не совсем безногое привидение с цепью споткнулось, наступило на край своего савана с цветочками и с диким грохотом легло плашмя на пол, чем явственно опровергло свою нематериальную сущность. Зал сочувственно замер, ожидая продолжения действия. Однако падшее привидение застеснялось и решило слинять за перегородку в столовую, где думало отсидеться и запить позор компотом. Его там не ждали.

Поварих о таком явлении как КВН с привидениями никто не предупреждал, капиталистических мультиков про доброго Каспера им не показывал, поэтому они восприняли саван с цепями как реальную угрозу котлетам. Угрозу хоть и мелкую, но настоящую. Повизгивая и матерясь столовские экзорцистки вооружились крестным знаменем, половником и швабрами изгнали несчастного призрака вон из столовой, то есть обратно.

Оглушенное падением, ушибленное еще и половником привидение обреченно брело по проходу на сцену и было похоже на призрака самого израненного партизана из другой команды. Тут уж даже директор школы не выдержал, забулькал, покраснел и убежал, якобы успокоить работниц общепита.

А самая толстая и добрая повариха, теть Маша, стояла с поварешкой в дверях актового зала, рассматривала израненных партизан и "психических в простынях" на сцене и причитала: "Ишь сколько детишек поуродовали, сволочи. В тюрьму сажать надо за такое. В тюрьму".

А потом все-таки был КВН с веселыми вопросами и находчивыми ответами. Но я его плохо помню. Удары поварешкой по голове памяти не добавляют. Хотя и оправдывают написание всяческой ерунды.