мне об ту пору десять лет.
И вот однажды вечером, в седьмом часу, заходит ко мне в комнату бабушка и обеспокоенно говорит: "Корова уже пришла, а телёнка что-то долго нет. Небось опять на кукурузное поле забрёл. Пойди сходи за ним".
Тут надо сказать, что в наших коровах бабушка за долгие годы хозяйствования воспитала исключительную дисциплинированность, и в шесть часов они являлись домой как штык. Лишь телёнок по молодости лет любил вместе с сородичами со всего села ходить на кукурузное поле, вызывая, естественно, лютый гнев полевого сторожа. Последний, до поры до времени, терпел, но, забегая вперёд, скажу, что именно в тот день он решил пресечь порочную практику. Поступил мудро: всех мычащих хулиганов загнал в пустой амбар, закрыл на простенький засов и вознамерился со всех, кто рано или поздно за ними придёт, содрать штраф.
Первой за телёнком пришла, как вы понимаете, я.
Точнее, приехала на велосипеде. Он у меня был мировой. Красный, спортивный, шестискоростной - просто мечта Кузи из "Универа". Он-то меня и спас.
Иду по полю, смотрю - никого нет, только из амбара тоскливое мычание доносится. С трудом отпираю засов. Выходит мой телёночек, а за ним, натурально, ещё штук двадцать других теленочков. Не моих. Ну, понятно, им-то тоже на волю хочется.
Уже собираюсь обратно домой, как тут грозный окрик: "Это кто тут на моё поле скотину пускает?! Вот я тебя щас к участковому! "
Сторож!
На анализ ситуации мне хватило долю секунды. Затем я схватила велосипед и ломанулась через кукурузу в сторону дороги. Бог с ним, думаю, с телёнком. Сам дойдёт.
Сторож тем временем запрыгнул на свой верный мотоцикл и погнался за мной.
Бешено крутя педали, я старалась проехать по тем местам, по которым его зелёный "Урал" с прицепом проехать не сможет. Цель преследовала двойную: а) чтобы он меня не догнал, б) чтобы он меня не узнал. Старик постепенно начал отставать, и я даже стала получать некое удовольствие от происходящего (адреналин!!! ), как вдруг вместе с великом свалилась в придорожную канаву. Цепь слетела!
Я бросила велосипед и припустила бегом.
В общем, засранец-телёнок был накормлен-напоен и уже час как почивал в уютном стойле, когда я, хромая и с языком на плече, приплелась домой. Оторвалась, в общем.
На следующий день я прошла по следам своего вчерашнего марш-броска. Велосипеда не было.
Ну ясно, думаю. Кто ж такое сокровище, бесхозно валяющееся в канаве, упустит?
Возвращаюсь домой понурая. А у самых наших ворот вижу: стоит зелёный мотоцикл "Урал", а рядом - мой красный велосипед, целый и невредимый...
С веранды доносился смех. Бабушка поила полевого сторожа чаем, а он извинялся: "Вы уж простите, что я вашу девочку так напугал. Ужасно неловко, вы такой уважаемый человек... Я с ней пошутить хотел, а она от меня как дёрнет! Вон, даже велосипед бросила. Я ей, кстати, на заднем колесе гайки подкрутил, чтобы цепь больше не слетала... "
Сторож с тех пор стал часто заходить к нам в гости. Он оказался классным дядькой. Непонятно даже, чего я его так испугалась!
