Новые истории от читателей

заглянул под капот, где смотреть уже нечего, и сказал:

- Двенадцать. Наличкой, сейчас.

Я отдал, а что было делать. Аккумулятор он привез свой, завел с третьего раза и уехал, не выключая аварийку.

Через две недели листаю объявления, ищу жене велосипед, и вижу свою Оку, но за 65 тысяч. "Состояние отличное. Вложений не требует. Один хозяин, не бита, не крашена. "

Написал: интересует, можно посмотреть? Договорились у гаражей на Новомосковской, в семь.

Он меня не узнал. В темноте, наверное, и не должен был. Ходил вокруг машины, хлопал по крыше: - Садитесь, послушайте, как работает. Порог? Это не ржавчина, это грунт заводской, серый такой.

Из магнитолы играла "Комбинация. "

Я спросил, кто хозяин. Он вздохнул. Сказал, что машина досталась от деда. Дед военный, берег, ездил только на дачу, по субботам, гараж отапливаемый, после каждой поездки протирал тряпочкой. Весной деда не стало. Продают всей семьeй, долго не решались, отдают почти даром, лишь бы в хорошие руки.

Я достал из кармана вторые ключи, открыл багажник. Там лежали мой домкрат и банка из-под кофе с саморезами.

- Дед - говорю - это я. Мне сорок два.

этот благородный бюст и этот невыносимый характер. Место то же, весы те же, даже гирьки, мне кажется, те же самые, с портретом царя Гороха.

Но вы сравните ту рыбу, что ловилась при Союзе, и то, что плавает в море сейчас!

При советской власти это же была не рыба, это был чистый восторг и здоровье! Берёшь, бывало, обыкновенного бычка... Боже мой, какой это был бычок! Он лежал на прилавке, как черноморский партизан — жирный, гордый, усатый, и в его глазах читалась уверенность в завтрашнем дне. Ты приносишь его домой, жаришь на подсолнечном масле — и весь двор на три этажа вверх исходит слюной, а соседи снизу стучат в потолок от зависти. А кефаль? А камбала? Это были рыбы с высшим образованием! Они пахли морем, настоящим одесским морем, а не бензином и этой вашей глобализацией. Они имели вкус!

Хотя, если быть исторически честным, самая лучшая рыба была ещё раньше, до Леонида Ильича. Вот пока в руководстве партии не случилось это засилье днепропетровских да харьковских украинцев (хотя, ой-вей, откуда? откуда в Харькове вдруг взялись украинцы, чтобы уезжать на работу в Кремль? да там при царе [мав]ров было больше, чем украинцев... ). И вот, я говорю Вам, пока все эти люди не стали завозить в Одессу свои сухопутные порядки, рыба вообще была картиной маслом! В самые первые годы, когда у руля ещё стояли идейные революционеры с хорошими еврейскими корнями — люди, которые понимали в справедливости и таки умели отличить фарш для гефилте fish от свиного паштета — вот тогда море просто цвело! Те вожди, может, и строили мировую революцию, но за качеством снабжения Одессы следили, как за родной мамой. А потом поприходили эти любители сала, партийный аппарат заплыл жиром, и рыба в море тоже начала понемногу терять свой исконный, революционный цимес. Но всё равно, это было золото по сравнению с тем, что началось потом!

А потом, здрасьте вам, пришли демократы. Принесли свободу, гласность и дефицит бюджета. И что вы думаете? Рыба сразу всё поняла. Она тоже стала демократической.

Я прихожу к Берте, смотрю на прилавок — и у меня разрывается сердце. Рыба стала худая, бледная, как будто она всю ночь читала газеты и переживала за курс доллара. Ловлю этого несчастного бычка, жарю — и где тот запах? Где тот цимес? Он пахнет какими-то правами человека и рыночными реформами, но только не рыбой! Он сухой, как доклад на съезде, и вкуса в нём меньше, чем в воде из-под крана.

Я говорю Берте: «Берточка, золото моё, что ты мне суёшь? Где та рыба, которая таяла во рту при советской власти? » А она мне отвечает: «Натан, не делай мне беременную голову! Какое время на дворе, такая и фауна. При Союзе море было государственное, и рыба знала порядок. А сейчас у нас капитализм, каждый малёк крутится, как может, им некогда нагуливать жир! »

Вот и живите теперь с этим. Рынок тот же, Берта та же, а счастья — тю-тю. Потому что при коммунистах даже шпроты в банке лежали дружно и с оптимизмом, а нынешняя треска — она же вся в депрессии!

Ой, я вас умоляю, но это ещё были цветочки, а теперь они придумали этот свой искусственный интеллект! Вы слышали? Роботы теперь думают вместо нас. Я прямо вижу, к чему это всё идёт!

Скоро этот их «джей-пи-ти» придет на наш Привоз. Вы представляете себе этот кошмар? Вместо нашей Берты за прилавком будет стоять ящик с экраном и говорить: «Здравствуйте, Натан Маркович. Согласно алгоритмам, индекс свежести этого глосика составляет девяносто два процента».

И что я должен делать с этим ящиком?! Как я с ним буду торговаться? Искусственному интеллекту же невозможно сделать грустное лицо! Ему нельзя сказать: «Вайме, Берточка, уступи две гривны, у меня тёща со вчерашнего дня ничего не кушает, пожалей моё здоровье! » Этот пылесос с мозгами просто посчитает мою скидку по формуле и выдаст: «Доступ к жалости заблокирован обновлением системы».

А рыба? Вы подумайте, какая рыба пойдёт, когда её начнет ловить искусственный интеллект! Это же будет не рыба, это будет сплошная симуляция. Они её запрограммируют так, чтобы она рождалась сразу квадратная — для удобства фасовки. И без костей, потому что кости неэффективны для рыночной экономики! Она будет иметь идеальный цвет, идеальный размер, но внутри — чистый цифровой обман. Ты её жаришь, а она тебе со сковородки человеческим голосом просит обновить подписку на вкус!

При Союзе рыба думала за то, как вырасти большой и порадовать советского человека. При демократах она думала за то, как выжить в условиях дикого рынка. А при искусственном интеллекте она вообще думать перестанет — за неё всё решит сервер в Калифорнии! Мы будем есть рыбу, сделанную по технологиям блокчейна и виртуальной реальности. Красиво? Да. А цимес где? А цимеса нет, потому что в розетку цимес не завезли!

Я вам скажу так: если роботы захватят мир, они первым делом придут на Привоз. Но Одессу они не возьмут. Против одесских весов любой искусственный интеллект просто сгорит от нервного срыва! Потому что никакой компьютер в мире не сможет просчитать, сколько на самом деле весит килограмм тюлечки, если Берта положила туда свой фирменный поход со свистом.

(КОВИД-19) в стране и с нами неизвестно что будет. Возможно я переволновался и …начались боли в груди. Персонал вызвал скорую – без разговоров, срочно в Сочинский кардиоцентр!

И понеслись мы на скорой с мигающей люстрой на чердаке, словно суровые менты при поездке в магазин за пивом. Я лежал на каталке и осматривался по сторонам, каталка поскрипывала, качаясь на поворотах. Видно время не властно над оборудованием карет для простолюдинов, а может при освоении бюджета неожиданно подскочил процент отката и размер ништяков для стада оленей скукожился до размеров бывшей в употреблении каталки на пенсии.

Теперь уже я знал, что сердечникам для снятия приступов боли колют наркотики и под их действием чувствовал себя «как кум королю и сват министру». Я блаженствовал, находясь под «впечатлением», но даже не мог и помыслить, что ждало меня впереди.

Всё ещё пребывающего на остатках «топлива» в благостном состоянии меня доставили к приёмному отделению. Сопровождали меня девчушка со звонким голосом и парень лет тридцати с умными глазами. Надев маски, наша делегация в составе трёх человек пошла сдавать меня на растерзание не то к приёмной медсестре, не то к принимающему врачу.

Завидев нас издалека, дежурная двинулась нам навстречу и закричала:

- Куда по копаному прётесь, падлы ? У нас карантин!

Видимо, как у охраняющей периметр овчарки, наша тройка вызывала из закоулков её скудной памяти образ злостных нарушителей, и она решила сразу напасть на лохов. Была уже глубокая ночь и наш вид действительно мог производить впечатление бесцельно слоняющихся пьянчуг, а на самом деле - по мнению

"овчарки" - вид хорошо упакованной и замаскированной группы диверсантов-вредителей. К тому времени действие наркоты подходило к концу и меня уже вели под руки как на расстрел, слева, поближе к сердцу, мужики это ценят, девчушка со звонким голосом, а справа и чуть сзади, ясно же, чтобы не сбежал, парень с уже слегка испуганными глазами – такова суть интеллигентов – замутить типа революцию 91-го года и в кусты.

От нашей группы отделился переговорщик – мой надзиратель с документами в руках на заключённого: историей болезни и свежей кардиограммой. Они там о чем-то зашептались. Потом Цербер ткнула в меня указательным пальцем и им же указала на камеру предварительного заключения. Как оказалось это была банальная рентгеновская камера. Спустя несколько секунд раздался визг сторожевой суки:

- Зачем вы его сюда привезли? Он весь больной КОВИДом!

Наш переговорщик сказал мне, чтобы я самостоятельно двигался к машине, а эти похоже устроили незаконный подпольный консилиум. Через пять минут, как оказалось позже, с уже утверждённым мне приговором (РАССТРЕЛ! ) и опущенными к долу глазами группа захвата вернулась на место базирования – машину скорой помощи.

Мои конвойные стали облачаться в специальную, более узнаваемую форму спецназа (костюмы антивирусной защиты) и по ходу действия «зачитывали» мне текст приговора. Определили меня на передержку двухнедельный карантин как бродячее животное ценного клиента, (а как же(! ) им уже светили обещанные ништяки), в отстойник больничку, уже специально переоборудованную под КОВИДников. Объявили водителю минутную готовность “И меня два красивых охранника повезли из Сибири в Сибирь”. Sorry, из Сочи в Сочи.

Дело в том, что этот, как оказалось, действительно собачачий отстойник находился в Дагомысе, в пяти километрах от побережья. А ранее это был предпоследний приют для бомжей, отловленных на вокзалах и улицах Сочи. То-то я удивлялся, почему на улицах Сочи нет бомжей. Неужели при таком как из рога изобилия хлынувшем потоке нефтедолларов всем страждущим из 90-х раздали по квартире? Бомжачий бюджет в очевидно забытом Богом и властью заведении был весьма скуд, а тут за каждый нос по 210 тыс. р. , только надо удерживать его в течении 2-х недель. Непосредственно ловчим и охранникам пообещали ништяки в виде тройных и двойных окладов. Но позже, когда наступил час жестокой рас оплаты, им просчитывали каждую минуту нахождения рядом с КОВИДником на расстоянии не более 20-ти миллиметров. И получалось, что для того, чтобы получить хотя бы часть сверх положенного оклада, надо было целовать взасос клиента круглосуточно. Ай-яй-яй, ну кто бы знал?!

Уже в час ночи мы были на месте, появился заспанный дежурный врач шарашки. Сонного врача мои конвойные насилу уговорили принять меня. К моему приезду на отбывание срока у них оставалась всего пара камер для содержания и то, необорудованных санузлом. Сделали укол, и демоны заточили меня!

Через минут десять, придя в себя, пошёл искать по коридору туалет, чтобы излить накопившееся во мне возмущение. На ночь видимо, по всему зданию оставляли только слабое дежурное освещение. Надписи на дверях либо не читались, либо их не было. Уже отчаявшись, заметил слабо прикрытую дверь и подумал, что это туалет, мол кто-то её не прикрыл после посещения. Когда я вошел то оказалось, что это тоже палата, там есть кровать и на ней кто-то лежит.

- Ой, извините. Я туалет ищу.

- Да там, за ширмой глянь.

За ширмой тусклый ночник освещал унитаз. Друг, как долго я ждал встречи с тобой!

Находясь в благостном состоянии, я не заметил, как прикрылась дверь и две руки обхватили меня сзади - одна обняла меня нежно за грудь, а другая опустилась ниже, помочь мальчику завершить процедуру. «ОГО-го», послышался шёпот, и рука уже не отпускала завоёванный обманом прибор. Я не ханжа и многое повидал, но такого ceкса не припомню. Она отдавалась мне как в последний раз. Спустя 15-ть минут я, шатаясь, вернулся к себе. Теперь заснуть уже не мог. На удивление сердце работало как новейший мотор БМВ – ровно и мощно. И надо было быть идиотом, чтобы не выяснить: куда я попал?

Опять плохо прикрытая дверь. Я заглянул.

- У Вас дверь не закрыта.

- Проходи милок, у нас без политесов, - встала с постели и двинулась навстречу мне тень.

Уже с обогащенным ранее опытом я отдался партнёрше всецело. Это было что-то невероятное. Да где ж их [м]ля… обучали такому?!

И уже в своей постели уставший засыпал с мыслью о том, что попал в невероятный курятник без петуха, да ещё на 2 недели — это намного лучше, чем в санатории, а там карантин закончится и домой в родной Ростов.

Утром разбудила меня медсестра, которая пришла сделать укол. Она наклонилась через меня к дальнему плечу. Возле моего лица почти вывалились из корзинок две шикарные сдобные булочки. Мне захотелось «укусить» хоть одну. Когда уже остатки препарата покидали шприц, я не удержался и лизнул сладкую булочку. Далее я узнал наконец-то, что там было, в обрезанной не по делу сцене с Багровым и [мав]ритянкой в фильме «Брат 2». Я скажу тебе, брат, там такое было!

Ну а в обед пришла уже другая медсестра, которая увлечённо и долго поправляла вокруг меня простынь, пока якобы случайно, но ловко, не упала прямо в мои объятья. И тут я понял, что слух о размерах моего прибора уже прокатился по всей больничке. Конечно, ceкс уже был не тот: или партнёрша неопытная, или заканчивалась на сегодня моя мужская сила.

Лёжа на изрядно помятой постели, принялся планировать экономное расходование сил на следующие 13 дней. Но число 13, как всегда, оказалось невезучим. Через полчаса ворвался главный врач и как петух накинулся на меня. Раскудахтался, устроил грандиозный скандал и за нарушение, надо же ирония какая(! ), постельного режима, вышвырнул меня прочь. Курятник, хоть и оставался некоторое время без присмотра, но возмездие здесь настигало любого, хоть временно и случайно забредшего в него. Плевал он на 210 т. р.

На выходе из больницы я заметил в сторонке знакомых уже мне двух медсестёр. Они сдерживали себя, чтобы не размазывать тушь по щекам, но слёзы предательски скатывались с их глаз и оставляли жирные следы. Уже выходя за ворота, оглянулся и с удивлением увидел в окнах тех двух палат бабулек, два божьих одуванчика, которые, как мне показалось, благодарно махали мне руками.

И вот теперь уже шесть лет гадаю: это были кто?! Ну с медсёстрами понятно. А ночные нимфы: невыселенные ещё бомжихи или свеженаловленные божьи одуванчики? Как думаете? И я ничем таким не болел после этого, но всегда теперь ношу с собой фонарик в даже и слегка затененных местах.

Мой кавалер решил не рисковать. Хоть жили мы в соседних домах, добираться до кинотеатра он предложил независимо друг от друга, чтобы нас никто не спалил вместе.

Ради этого шпионского заговора я соврала родителям, что иду с подружкой выгуливать собак на пустырь. А сама, тайно брызнувшись мамиными французскими духами, поехала путать следы на троллейбусах, выбрав сусанинский маршрут с тремя пересадками.

У кинотеатра нас ждал откровенный мезальянс: я, разодетая и накрашенная, и мой вспотевший и красный от бега через гаражи кавалер в трениках. Но сердцу не прикажешь.

Я рассчитывала смотреть фильм о любви, положив голову ему на плечо, но вместо этого с нежностью поглядывала на его затылок. Потому что мой «агент 007» для конспирации купил себе билет на два ряда ниже. В итоге он полтора часа с удовольствием смотрел какую-то муть в стиле Терминатора, а я проклинала Шварценеггера и этого «романтика».

Подружки о свиданиях рассказывали по-другому. Я не могла предположить, что сидеть мы будем в разных рядах полупустого зала.

Назад ехали в одном автобусе. И даже перекинулись парой фраз, делая вид, что едва знакомы:

— О, привет, малая, какими судьбами тут?

— В кино ходила. А ты?

— К пацану одному ездил, он платы паяет.

— Платы?

— Ну да, я комп сам делаю, буду в "Принца" рубиться. Я вообще больше всего на свете компы люблю.

Я бы еще могла побороться с шестнадцатилетней соперницей, но против электронных плат и компьютерных игр я была бессильна. Ну почему я не пошла на пустырь с подружкой? Ведь ее дворняги вели себя куда благороднее моего шпиона, они всегда были рады видеть меня и лезли обниматься и целоваться при каждой встрече.

обратить грядущее поколение в свою медицинскую веру, еще до того, как у грядущего поколения появятся вторичные половые признаки.

Ну, во-первых, какова альтернатива? Конечно же их две. Одна из которых – дворник. А если чистить снег и подметать улицы не хочется, то врач. А кем еще?

Ну не хочешь быть врачом, хорошо. Ну стань рентгенологом. Анестезиолог. Ну микробиология там, анализы, хоть какие-то перспективы на жизнь. Узист, педиатр, ну стоматолог в конце концов, как крайняя форма признания умственной неполноценности.

Все наркоманы, алкоголики и антисоциальные элементы занимались чем угодно, но не медициной. Главным образом конечно же культурой. Творческие специальности воспринимались как не способствующие режиму дня. А где нет пробуждения в пять утра, там и алкоголизм, половые перверсии и ранняя смерть в Кызыл-Ординском лепрозории.

Сын бабушкиной подруги, терапевта Марины Бабкеновны, Армен был натуралом. Но слегка манерным. Ну голос у человека высокий, худощав. Что, усыпить его что ли?

Мой дед, человек по-армянски и по-коммунистически прямой, всегда говорил, что это из-за перебора уроков живописи в его жизни. Вот говорили же, иди хотя бы фельдшером. Фельдшер это хоть какой-то компромисс и сразу плюс два к мужественности. Армена спасло то, что он женился на узистке Елене. Профессия Елены сглаживала даже то, что она не была армянкой, а из Молдавии, что нехорошо, но как-то примирило всех как с неврачебной профессией, так и с фальцетом Армена.

Военные умирали, ученые облучались, повара переедали и страдали ожирением, архитекторы гнули спину и лишь врачи шли гордой поступью к светлому амбулаторному будущему.

Когда у сына соседки Розы нашли доброкачественную опухоль в паху (которую удалили вместе с одним из тестикул, из-за чего тот уехал аж в Оклохому, чтобы спрятаться подальше от позора), то бабушка, подписывая банки с консервированными овощами химическим карандашом, сказала:

- Потому что шляется черт знает где, был бы врачом, на ранней стадии обнаружили бы.

Как вы понимаете, сын соседки был работником в банке. Где он там шлялся, и что, в ереванских амбулаториях все сотрудники ежедневно друг другу проверяют зону паха – непонятно.

Любые невзгоды, кризисы и форс-мажоры у других людей комментировались одинаково:

- Был бы врач в семье, оказал бы первую помощь.

При чем помощь могла бы распространяться от носового кровотечения и экстренного коронального шунтирования до дефицита лимонада и дефолта.

Во всех рассказах о путешествиях по СССР и странам соцлагеря, присутствовала фраза:

- Ну мы то врачи, нас то сразу приняли как надо.

Или.

- Ну, как только они узнали, что мы врачи, так сразу…

Даже гнойная язва отечественной медицины, приятель и коллега деда - алкоголик Саркисян, не нарушал общей пасторальной картины.

Да, Саркисян был ходок, алкоголик и морфинист. Выглядел как гениталии гусара после трехдневного марша и пах формалином. Но!

Все говорили: "Возьмем обратное. Вот не был бы Саркисян врачом. Спился бы. Умер под забором. А так, профессия держит его на плаву, ему отдаются безутешные вдовы и коллеги на конференциях в Риге. Худо бедно, но живет. " Да, родственники больных платили Саркисяну за то, чтобы он НЕ оперировал, если пациент попадал на его дежурство, но тем не менее. Вы видели где-нибудь музыкантов, которым платят, чтобы они не играли? Или художников. (Хотя я одного знаю, кому я любые деньги бы отдал, чтобы он остановился, но это другая история).

Я помню, как однажды дед совершено серьезно сказал, что сына его сестры нужно показать психиатру. А что случилось?

Учась на втором годе аспирантуры (по гинекологии, по-моему), он вскользь сказал, что ему предложили то ли баллотироваться на выборах от партии «Дашнакцутюн», то ли какой-то пост в их структуре, и он не прочь согласиться.

Ладно, в [п]опу коммунизм, все таки 91 год. Но со второго года аспирантуры? В «Дашнакцутюн»? Разве можно сменить радость лечения вагинитов на участие в политическом процессе и корупции в составе масонской политической партии, основанной в 1887 году? Конечно нет. Это как бросить Монику Беллуччи, чтобы сходить на концерт Александра Малинина.

Ну и закончу одной хорошей историей. Начались войны и резня. Армяне бежали из Азербайджана, азербайджанцы из Армении. Было Вавилонское столпотворение и конец времён.

К деду приехали какие-то армяне из Кировабада (ныне Гянджа) и принесли ему щедрые подарки. Но он их видел впервые. Тогда они рассказали, как их остановил азербайджанский патруль и дело пахло смертоубийством. Но кто-то из членов вражеского отряда сказал, что их отпускают в благодарность за то, что врач такой-то, мой дед, спас его дочери жизнь несколько лет назад. И вот они и приехали благодарить неизвестного абдоминального хирурга за свои спасенные жизни. Я не помню подробностей этой истории и могу путать какие-то детали, но канву я запомнил хорошо. И эта история на меня подействовала больше, чем всё остальное НЛП и пассивная агрессия.

горникам, что делать?

Менты отреагировали привычно: просто закрыли горы. Всех попавшихся туристов пакуют в бобик, увозят в отдел и мурыжат там до потери пульса. Схема отработана годами: туристы косячат, менты перекрывают въезды, потом пыль утихает, и можно снова аккуратно пробираться на тропы.

Месяц я сидел дома, потом душа не выдержала. Думаю: «Если на главном кордоне завернут, уйду в такие дебри, куда они на своих уазиках в жизни не доедут». Некрасиво там, дров нет... Но, на безгорье и пустыня — Альпы.

В субботу, сияя от предвкушения, влез в автобус. Жара — хоть святых выноси. Еле дотянул до точки, но в горах всё-таки дышится мягче, да и речка под боком плещется. Дело к вечеру. Разложился, лёг, вдохнул ночную прохладу... и началось. Полночи ворочался, с боку на бок переваливаясь и выкармливая собой какую-то аномально мелкую мошкару. Что за на... ? Двадцать пять лет хожу по этим маршрутам, ни разу здесь комаров не видел! Утром пошёл на разведку и обомлел: буквально в десяти метрах пересохшая колдобина превратилась в мини-пруд. А где стоячая вода — там и питомник для этих кровопийц. Хороший урок на будущее: смотри, где стелешься.

Утром решил выйти к открытому ущелью, позвонить девчонкам, узнать их маршрут и пересечься. Выхожу на пригорок — а там картина маслом! Навстречу топают Лена, Марина и Ира. Надо же, как быстро Вселенная отрабатывает мои скромные желания.

— Привет, девчонки! А что вы здесь делаете?

— А нас Альфия на машине подбросила!

— Красота! Чем больше компания, тем веселее шаг.

Альфия у нас бизнесвумен, обычно водит группы по эстетичным локациям. Но сегодня решила устроить себе разгрузочный день в компании друзей — Санька, Ирады и Васька. Санёк с Альфией всю дорогу обмениваются колкостями:

— Саня, ты так дышишь, будто не рюкзак несёшь, а исполняешь мой прошлый супружеский долг!

— Альфия, ты так смотришь на этот подъём, будто он должен тебе алименты за пять лет.

— Слушай, ты на подъёме так скрипишь, будто мы не в горы идем, а реставрируем старый диван.

— Саня, держи дистанцию, а то твой азарт меня смущает больше, чем крутизна этого склона.

Градусник тем временем зашкаливал. Альфия едва дошла до середины подъёма и жалобно взмолилась:

— Ой, всё, давайте перерыв, кофе попьём, а?

— Да не вопрос, подруга!

Хлебосольная Альфия тут же достала из закромов невероятные татарские пирожки с курицей, тыквой, луком и ещё бог весть какими секретными ингредиентами. Вкус — пальчики оближешь. Пока переваривали, Санёк решил проявить джентльменство и начал делать уставшей Ираде массаж спины. Та от неожиданного счастья издаёт вполне однозначные звуки:

— А-а-а... о-о-ох...

Я не удержался:

— Ребята, если не видеть, чем вы тут занимаетесь...

Ладно, кофе попили, двинули дальше. В хорошей компании и километры тают незаметно. Дошли до источника — чистая лирика! Вековая роща шумит, как-будто разговаривает, стаи бабочек взмывают из-под ног, птичий перезвон стоит такой, что сердце радуется. Шли бы чуть тише — наверняка застали бы на водопое горных козлов, а то и барса на охоте.

Наша трудолюбивая полухохлушка Лена, даже не присев отдохнуть, с ходу умчалась в кусты собирать дикую ягоду.

Разложились, накрыли шикарную поляну, достали водочку. Впрочем, в горах мы пьём культурно — исключительно для тонуса, иначе есть риск остаться здесь жить. А завтра всем на работу, так что бдим. Ирада достала динамик и над ущельем поплыли правильные строки:

Мой возраст — это просто мой пин-код

К дверям, где жизнь на максимум идёт.

Я не старею, я теперь винтаж,

Я дорожаю, умножая стаж...

Ты смотри, талантами русская земля не оскудеет! Кикабидзе 2. 0

— Ну, за знакомство!

Как же здорово сидеть на природе с близкими по духу людьми, общаться, шутить, искупаться в ледяной воде, гулять по живописным окрестностям.

Но время летит беспощадно. Пора собираться обратно, хоть душа и бунтует. Я делаю отчаянную попытку бунта:

— Слушайте, а может, на ночь останемся? Еды валом, ночи тёплые, а начальству скажем, что заблудились, попали в сель, э-э-э...

Никого не уговорил. Кто ж в наш капиталистический век станет рисковать рабочим местом? Только такие горные маньяки, как я. Да и то — я просто слишком незаменим на работе, вот и позволяю себе иногда подобные вольности.

Только упаковали рюкзаки, как Альфия выдаёт финт:

— Слушайте, а куда мы вообще спешим? Времени валом, машина есть. Давайте переждем жару и пойдём на закате?

Все мгновенно поддержали идею, кроме Санька, но и его быстро уболтали. Развели костерок, попили чайку, посидели... И тут эти женщины, которые сами не знают, чего хотят, внезапно передумывают:

—Ой, нет, пойдёмте всё-таки домой!

Делать нечего, топаем обратно. На тропе встречаем двух горников. Ира внимательно всматривается в экипировку одного из них:

- О, Макс вот этот рюкзак мы в прошлый раз видели.

Небольшой камбэк. (Никогда не понимал нашу тягу к иностранным словам. У нас такой красивый, прекрасный, великий, могучий русский язык. Это, наверное, наши многовековые комплексы. Всю историю мы были в изоляции, вот и тянет ко всему забугорному. Я сам топлю за чистоту русского языка, но с волками жить - по волчьи выть).

Лена и ко сходили без меня в горы и наткнулись на засидку. В засидке чьи-то вещи, похожие на мои. Они меня покричали, покричали, не нашли. Написали на земле "Привет" и ушли. Мне потом Ира звонит и говорит:

— А мы твою засидку нашли.

— ?

— Ну, вон, там, две недели назад.

— Две недели назад я был дома.

— И вещи твои там были.

— ? Что-то я в себе сомневаться начал. Может у меня провалы в памяти? Или раздвоение личности?

Ира смеётся:

— Все может быть.

Горник говорит Ире:

— Так это вы написали. А я думаю, что за привет, кто это?

Ира смеётся:

— Ты смотри, как быстро Вселенная выдаёт ответы на загадки!

Дошли до развилки. Направо пойдёшь — трудную дорогу найдёшь: короткая, но нудная, под самым солнцепёком. Налево пойдёшь — длинная, петляющая, лазить много, зато вся в густой тени.

Женская половина группы единогласно выбирает приключения:

— Пойдём налево! Куда спешить? Зато прохладно! А то, что карабкаться надо — так горники мы или где?

А вот Ирада с Альфией на таком маршруте впервые. Адреналина девушки хапнули по-взрослому: пара мест были действительно стрёмные, где лететь вниз пришлось бы долго и печально. Но выбрались. Интересный получился поход.

Как только спустились к первым признакам цивилизации, нас оглушила новость: пока мы прохлаждались, наступил локальный конец света. Выбило электричество по всей области, и когда починят — неизвестно.

Женщины любят паниковать на пустом месте:

— Ой, как теперь жить без света?! Мамочка родная, роди меня обратно!

И вся песня с припевом. Плач Ярославны.

Я же подошёл к вопросу с привычным скепсисом:

— Ага, срочно закупайте спички, соль и переезжайте в глухую деревню. Хорош паниковать! Ну авария, ну с кем не бывает, починят. Как люди в Средневековье жили без розеток?

Въезжаем в город — и правда, тьма, хоть глаз выколи. Приезжаю к себе — света нет уже больше двух часов. Для нашего района это ЧП вселенского масштаба: совсем рядом живёт одна ну очень высокопоставленная персона, поэтому дольше, чем на пятнадцать минут нас обычно не обесточивают. А тут целых два часа! Соседи во дворе ходят в полной прострации. Эх, думается мне в такие моменты, насколько же мы избалованы цивилизацией, какие нежные и капризные стали. А как наши предки жили сто лет назад? А двести?

Впрочем, драмы не случилось. Ночью аварийка всё наладила, и лампочка Ильича снова засияла. Чьи-то головы, я полагаю, полетели с плеч, но цивилизация вернулась.

Интересный выдался поход. Насыщенный.

Всем добра.

ГОСТ.

То есть, если вес среднего мужчины больше веса средней женщины на 10%, то Франкенштейн будет весить на 10% больше, чем мужчина. Посчитали, мужики? И так далее - по списку. Так вот. Представь. ОНО выше тебя. Тяжелее. Сильнее. Волосатее. Страшнее. И басовитее. Картинка получилась весьма зловещей…

А далее стали разговаривать с мужчинами, показав им сгенерированное чудо-существо. И вот ведь интересное дело - 100% мужчин отказались жить с этим животным. Даже если. Даже если оно бы закрывало все финансовые потребности. Дело в том, что помимо жуткой картинки для более острой игры воображения добавили жизненных деталей.

Попробуйте живо себе представить, как эта волосатая 2-метровая обезьяна занимает две трети кровати. Храпит, пердит, чихает, кашляет и сморкается так, что в соседнем районе начинают писать об очередной атаке беспилотников. Это страхуилище то орет, то ноет, то впадает в депрессию, молотя кулаком-кувалдой по стене, оставляя вмятины в бетоне. Оно может нагнуть и отыметь вас с утра. Ну, так, чтоб даром не пропадало. Ну вы поняли. Оно жрет вдвое больше вас. От него разит пивным перегаром, потом и грязными джинсами. У него избирательная амнезия, оно не запоминает ничего из того, о чем вы пытались договориться. Каждый день с нуля. Оно не меняется. И считает себя богом.

«Нет», - сказали мужики, - «Спасибо, не надо».

А женщины?

Для них это привычный ежедневный рутинный ад.

К чему я это? Вчера я вернулся из Вьетнама. Удивительная страна, где среднестатистический мужчина не достает мне и до плеча. Но я увидел другое. И не сразу понял. Что-то не так. В чем отличие? В городе, в деревне, на пляжах, в магазинах, везде. Дети – на руках у мужчин. Всегда. Как само собой разумеющееся. Папа гуляет с детьми, тащит их в море, играет с ними, делает упражнения, бегает с ними. Мама рядом. Но она не таскает детей – это тяжело, это мужская работа. Я видел, как годовалый ребенок упал, и к нему рванулся папа. Мама видела и не поднялась с лежака. Я не видел, чтоб вьетнамка просила или говорила ему, что надо сделать.

Я сидел и тихо офигевал. Мне вдруг стало очевидно, что какой-нибудь Минь или Туан ростом в 155см намного сильнее огромного Васяна, который пошел в пивбар после работы, зная, что дома его ждет жена с грудным ребенком. И вот тут я всерьез задумался насчет вьетнамского или китайского зятя.

Так вот. Если вдруг вам в голову придет поорать на свою женщину, представьте, что на ее месте 2-метровая горилла, которая одним ударом отправит вас ночевать под плинтус.

главная цель в жизни - всех накормить, даже попавших к ним в квартиру или на дачу случайно (на даче ещё три холодильника, как Вы уже догадались). Это преамбула была: )

Теперь сама история.

Приехал я в свой старый райончик справки для водительской комиссии собрать (по реальному месту жительства мы с семейством не прописаны, смысла нет, ибо ипотека, мало ли что... ). Остановились у тестя.

Утром собираюсь за справками, завариваю чай, тесть выходит на кухню:

- Там в холодильнике творог деревенский и сметана, ты ж любишь, специально вчера тебе на рынке купили, возьми поешь.

Действительно, люблю... Открываю холодильник, достаю запечатанный пакет, в котором ещё один пакет с творогом и сметана в контейнере одноразовом, как обычно на рынке и пакуют. Беру, ем... С небольшой кислинкой, конечно, но обижать тестя не хочется - старались же... Ждали...

Еду по врачам... Пока очередь оплата, то да сё... Затянулось всё слегка. Нет, нарколога пройти я успел... А вот когда в очереди к психиатру, почувствовал некоторое бурчание в животе и, так сказать, позывы...

Нашёл сортир, но он заперт и табличка - только для сотрудников. Облом-с... Ну ладно, потерпим, да и очередь невелика...

В общем, когда я наконец вошёл в кабинет, позывы превратились уже в непреодолимое желание! Которое, если сильно хочу справку, придётся как-то преодолевать...

Начались обычные, поначалу, вопросы - где работаете, цель визита, не беспокоит ли чего...

Отвечая, что не беспокоит, не сумел скрыть страдальческой гримасы и крупных капель пота на лбу... Да ещё голос выдал "некоторое волнение". Психиатру стало интересно... Может быть, вот он - настоящий-то пациент?!

Тот ради которого эта любезная женщина и высиживает тут скучными часами, подписывая справки на оружие и водительскую комиссию!

Начались вопросы детальные - про детство, про травмы, про отношения с окружающими... А мне скрывать волнение всё сложнее... Ну не рассказывать же ей, что я, засранец эдакий, не только за справкой сюда пришёл, а настоящее желание у меня в этот момент совсем иное...

Дальше - больше, тест Роршаха на столе появился... Хотел я сказать, что он вроде как ненаучный, но говорить уже плохо получалось... Пришлось угадывать. А в кляксах в этих мне, понятное дело, только одно в этот момент виделось.

Ну, Вы догадались, конечно...

Пытка эта продолжалась минут сорок. Скорее всего, я немало поседел за это время и глаза стали сильно больше первоначального размера.

После сорока минут допроса дама-психиатр, не найдя фактических признаков помешатеьства, с сожалением вздохнув, поставила заветный штамкип в бланке и меня отпустила...

Возможно, разочарую, но конфуза так и не случилось - я успел домчаться до дома (проехав все светофоры на красный : ((( ) и добежав до уборной даже сдёрнуть штаны. Кто бы мог подумать, что ощущение счастья могут и такие моменты приносить: )))

Вечером, выслушав рассказ о моих злоключениях, тесть задал шедевральный вопрос:

- Так а ты в каком холодильнике творог-то брал?

Я показал. Он почесал голову, внимательно осмотрел пакет с творогом и выдал:

- Да этот я вообще не помню, когда мы покупали... Надо выкинуть, наверное... Не, тот который свежий, он в холодильнике в прихожей, в следующий раз там бери!

размер долга - 40 триллионов.

Рост всех этих циферок выходит на экспоненту вотпрямщаз.

Ну и гегемону ещё разломали хлебало шахедами.

И после этого гомоc@ксуальный гей Бессент выходит на публику и сообщает что они будут отчислять из долларовой зоны всех, кто не поддерживает санкции против Китая и Ирана.

К-к-комбо.

Мировое гомосечество наверное в трансе и экстазе от того насколько этот статусный полусамец с куриной попой решительный и незаламный.

А нормальные пацаны уже побежали из доллара в юань, голду и крипту.

Бессенту же нужно закрывать дефицит бюджета - т. е. продавать трежеря всем желающим. Желающих после его хуцпы всё меньше и меньше - поэтому будет расти доходность трежерей (пушто предложение сильно превышает спрос). Рост доходности трежерей - рост расходов на обслуживание долга. Рост расходов на обслуживание долга - рост дефицита бюджета, и далее по кругу, ускоряясь, вплоть до дефолта и второй гражданской.

И эта спираль звиздеца запущена топовым геем, что как бы намекает на то, кого будут вешать реднекские комиссары в пыльных шлемах после взятия Нью-Йорка.

iniй

Из-за ощущения статуса. Мы на этом заработаем. К первому апреля.

Инвестиционный раунд нашего гаражного холдинга составил ровно 1000 рублей. Скинулись по пятьсот. На эти деньги купили две бутылки безалкогольного вина, колу, рулон фольги и пару пустых бутылок с пробками в хозяйственном. Вино смешали с колой прямо в тазу — получился коктейль цвета запёкшейся крови. Разлили по пустым бутылкам, запечатали, а этикетку «Ch? teau de la Gar? ge. 0% алкоголя, 100% понтов. Price: 250 000 $» Серёга сгенерировал в нейросети. Короны свернули из фольги — тоже по одной на каждую.

Дальше начался «криминал». Мы взяли нашу заначку — 1000 долларов, единственный оборотный капитал, который мы не тратили, а гоняли по кругу. Сначала по-честному, руками:

— Я покупаю у тебя корону за четверть лимона! — объявил Серёга и торжественно выдал мне ту самую тысячу. — Это первый взнос. Остальное — равными долями.

— Принято, — ответил я, мгновенно оценив масштаб финансовой мысли, и тут же вернул тысячу — первым взносом за бутылку.

Через пару платежей Серёга поморщился: руками — это для лохов, непроизводительно. Приволок из угла старый проигрыватель, примотал тысячу изолентой к диску, и мы сели с двух сторон стола.

— Логика простая, — объявил он, щёлкая тумблером. — Чья сторона стола — того и капитал. Один оборот — и мы провели два взаимных платежа по нашим рассрочкам. Тысяча от меня к тебе, тысяча от тебя ко мне. Две штуки баксов закрытого долга за круг.

Вертушка загудела на сорока пяти оборотах. Тысяча закружилась, честно меняя владельца дважды за оборот. Мы откинулись в креслах, открыли по бутылке и стали ждать. Через одиннадцать минут и пятьсот оборотов счётчик в голове Серёги щёлкнул: миллион. Мы стали «криминальными авторитетами», провернувшими сделку века — не пошевелив, по сути, и пальцем.

Вручение подарков решено было проводить в гараже. Мы притащили ковёр, повесили гирлянду для атмосферы «аукциона» и пригласили девчонок, завязав им глаза.

Когда они вошли, в гараже пахло бензином, но мы стояли в костюмах с видом киношных мафиози.

— Дорогие, — голос Серёги звучал опасно низко. — Мы провернули сделку на миллион долларов. Система нас съест, если мы засветимся, поэтому мы легализовали прибыль через предметы роскоши.

Мы сорвали шарфы. На ящике лежали две короны и две бутылки, а рядом — «миллионные» договора.

Ленка взяла контракт, прочитала: «Сумма сделки: 500 000 долларов». Потом посмотрела на нашу корону из фольги.

— Вы совсем с катушек съехали? — прошептала она, бледнея. — Вы хоть ИП для такой сделки зарегистрировали? Или решили через самозанятость всё оформить? Вы в курсе, что лимит дохода самозанятого — 2, 4 миллиона рублей, а вы тут целый лимон зелени нарисовали? Это же валютные махинации между резидентами! Вас не просто посадят, вас в отделе экономических преступлений со смеху в фарш превратят, когда увидят акт приёмки «короны из фольги» за 250 тысяч баксов!

Мы с Серёгой переглянулись.

— Видишь? — шепнул я ему. — Они даже не оценили, что мы курс зафиксировали по курсу ЦБ на 1 апреля!

— Вы с ума сошли! — взвизгнула Ленка. — Вы держите в руках бумаги, где написано, что вы — валютные спекулянты, и еще радуетесь?!

Серёга, как заправский мафиози, медленно достал зажигалку, чиркнул пламенем и поднёс его к обоим договорам. Бумага вспыхнула, мы бросили горящие «улики» в металлический бак.

— Всё, — отрезал Серёга. — Следы сожжены. Нет договоров — нет налоговой базы. Мы перешли в крипто-режим.

Ленка посмотрела на догорающий в баке контракт, на наши костюмы, на старую «Ладу» и просто легла на верстак от хохота. Юля, поняв, что вся наша механическая карусель крутила на изоленте одну и ту же тысячу, сползла по стене. Гараж содрогался от их смеха.

Самое поразительное случилось позже. Ленка, поправив золотую корону, сделала глоток из своей бутылки, прищурилась и глубокомысленно заметила:

— Слушайте... а ведь послевкусие-то какое... терпкое. С какими-то дубовыми нотками. Реально благородный вкус.

Серёга важно поднял палец вверх, открыл было рот — и промолчал. Что тут скажешь: дубовые ноты в безалкогольном вине с колой — это уже не вкус, это чистое искусство самовнушения.

Мы сидели в старых креслах, девчонки сверкали коронами из фольги, а в баке догорали улики нашего «экономического преступления». Это было лучшее 1 апреля. Ведь какая разница, сколько у тебя денег, если ты умеешь устроить шоу на миллион, от которого у всех вокруг плавится мозг?

забритым в студенческий набор (то есть после второго курса института) с 1987 по 1989 год служил в танковой дивизии в пгт. Десна (УССР), он же Остёр. Это был тогда небольшой городок, рядом с которым развернута огромная военная система, прямо подряд куча военных частей в общем заборе. И самый крайний в этой куче - наш 300-й полк, он же в/ч 32527.

Дивизия была учебная, образцово-показательная, и всё в ней должно было быть красиво, от газона до стенгазеты. Поэтому меня после полугодового курса механика-водителя среднего танка Т-64 - оставили там же сержантом, приписанным к штабу - благо я умел в компьютеры (спасибо родному РИИЖТу), а значит, и на пишущей машинке смогу приказы строчить без ошибок.

Время от времени киевское начальство спохватывалось: "Ё[ж]т, у нас же танки есть! ", и устраивало внезапные учения - это когда все предупреждены заранее и спят одетыми, а в три часа ночи звучит сирена, все бегут из расположения в парк, заводят железных коней и уезжают подальше от "Томагавков" вероятного противника. Ну и отчет о боеготовности, само собой.

Те учения, про которые пойдёт речь, стартовали летом 1988 года и были прямо крупными, на уровне округа. Началось всё как всегда - сирена, бардак, толпа бегает туда-сюда, распихиваясь по экипажам, выезжая за забор и формируя колонны. Потом три часа езды по черниговским лесам, по кривым просекам и убитым грунтовкам, затем становимся где-то лагерем и условно воюем целый день - читаем политинформацию, жуём перловку, чиним поломавшееся и пр.

Часов в восемь вечера нам объявляют, что мы в очередной раз победили и надо двигаться в расположение части.

Теперь внимательно следите за сюжетом, здесь каждая деталь сложилась так, что не потерять танк я просто не мог ))

Началось с того, что командование решило оставить на танках только мехводов, а остальных членов экипажа отправить в часть на грузовиках. Причина проста: грузовики быстрые и умеют ездить по асфальту, не ломая его на хрен в ноль - поэтому можно выехать из леса до ближайшего шоссе, а оттуда быстро довезти солдат в казарму, как раз к отбою успеют.

Нас же ещё какое-то время помариновали и дали команду ехать обратно. "Первая передача, вперёд! " и всё такое.

Информационная вставка: танки в Советской армии обычно комплектовались по 10 штук и назывались ротой - три взвода по три танка плюс танк командира роты.

Нас на Деснянском полигоне собралось несколько таких сводных рот и начальство дало команду - каждая рота добирается самостоятельно. Просеки в этих лесах сильно извилистые, часто пересекаются между собой и от нашего полевого лагеря до расположения части можно добраться самыми разными маршрутами. Вот, наверное, чтобы одну дорогу не бить, решили ехать по всем сразу.

Таким образом, наша рота поехала сама по себе (звучит тревожная музыка)

Вы же помните? В каждом танке по одному мехводу и всё. Ну ещё в замыкающем танке, где рулит мой товарищ Валерка, в башне дополнительно сидит молодой летёха-зампотех роты и бдительно следит, как бы чего не вышло (закадровый смех)

Я же веду танк с гордым номером 863, из чего следует, что он третий в цепочке из 10 танков.

В общем, мы едем, уже ночь, на небе тучи, луны нет, начинается дождь, и это очень противно на раздолбанной дороге с метровыми ямами (танки они как грузовики, любую грунтовку в синусоиду превращают очень быстро).

Причем с одной стороны густейший лес, а с другой прямо болото - нас постоянно пугали, что утопить танк означает выплачивать потом всю жизнь из своей зарплаты его стоимость.

Вот где-то приблизительно так это и было, наверное

И где-то на половине пути у меня лопается передняя фара.

А она на Т-64А - одна. Большая, мощная, но одна. Я даю по тормозам, гляжу, как удаляются красные огоньки впереди шедшего танка - и больше ничего не вижу, ни дороги, ни леса, ни болота. За мной тоже все встали. Стоим, дождик по броне капает.

Через какое-то время прибегает грязный и злой как чёрт зампотех: "Какого стоим?! ! "

Говорю: "Товарищ лейтенант, я без фары не поеду. У меня куриная слепота, я в темноте реально ничего различить не могу, сейчас танк загоню в какую-нибудь яму и капец, что тогда делать будем? "

- Выполнять приказ, товарищ сержант! , - кричит зампотех

- Никак нет, товарищ лейтенант, не могу, угроблю машину! , - ору в ответ

Он на меня смотрит, понимает, что меня реально накрыло, машет рукой и говорит: - Ладно. Беги назад в последнюю машину, где я был - и как добежишь, посигналь как-нибудь, тронемся и будем нагонять, и так уже из графика выбились.

Я выбираюсь из люка, спрыгиваю в эту коричневую жижу, начинаю брести назад и понимаю, что танки стоят метров 30-40 друг от друга, а от 863-го до 870-го мне сквозь дождь и ямы добираться долго и неприятно будет... и поскользнусь я на этом пути не раз и стирать мне потом комбез всю ночь...

. . и делаю ошибку года ))

Собственно, размышлял я логично. Зампотех сидит в башне замыкающего танка, потому что должен контролировать ситуацию. Но я ведь ситуацию контролировать не собираюсь - так на кой мне собирать килограммы липкой глины на сапоги, когда можно аккуратно и быстро дойти до более близкого, скажем, 865-го танка - и спокойно там разместиться?

И я так и делаю, прохожу буквально один танк (на всякий случай, чтобы зампотех не увидел), запрыгиваю через верх в башню 865-го, ключ всегда с собой, говорю водиле, чтобы тот побибикал, помигал и начал ехать.

Сам же размещаюсь уютно и тут же засыпаю под мерное качание гусеничных катков и урчание мотора ТДФ-5...

Где-то через час танк стопается, я открываю верхний люк и вижу, что мы, оказывается, прибыли в какую-то промежуточную точку сбора, где все дороги сходятся воедино на опушке, место знакомое, от казарм недалеко (ближний полигон).

И все суетятся, одни командуют, другие бегают, даже свет есть на столбах освещения, и танки так красиво ставятся перед последним рывком домой, и вообще лепота. И я ещё выспавшийся и довольный.

И вижу я как из соседней башни, точно так же потягиваясь и зевая, вылезает мой друг Валерка, мехвод 869-го. Такой же выспавшийся и довольный.

А я ещё ничего не понимаю, но вокруг всё начинает звенеть и жужжать от какой-то неприятной мысли, которая сейчас придёт в мой мозг, но я её не хочу туда пускать никак потому что потому.

Мы сходимся, я спрашиваю у Валерки, что он делал в башне, да ещё и не своего танка.

Он говорит, что у него ещё вечером живот прихватило, он предупредил летёху и тот сказал, что тогда пусть не садится за рычаги, ибо нельзя ехать и срать одновременно, это запрещено уставом, поэтому пусть Валерка едет грузом где хочет, а он сам поведёт 869-й, замыкающий танк...

(крещендо)

Я на негнущихся подхожу к лейтенанту, который как раз ведёт бурную деятельность - машет руками, загоняя какой-то танк в линейку.

- Товарищ лейтенант, - говорю я тихо, - вы вот меня послали в ваш танк, а я до него не дошёл... в другой сел, поближе...

- Угу, - говорит лейтенант, не переставая махать, - и что?

- Ну, получается, я до него не дошёл. И в нём сейчас никого нет, получается...

До лейтенанта доходит и он превращается в соляной столб с распахнутыми руками.

Столб разворачивается ко мне всем телом и шёпотом орёт: "ГДЕ ТАНК, БОЕЦ?! "

Я НЕ ЗНАЮ! ! , - шепчу я в ответ, стараясь не упасть, потому что ноги трясутся как не знаю что. И мне страшно, пипец как страшно. И я смотрю на лейтенанта и вижу, что ему тоже также страшно, а может и больше.

Он выходит из ступора и орёт: "Бегом в лес назад за танком! ! ""

Мне ещё больше страшно, но я не падаю и не умираю, а кричу в ответ: "Куда я пойду, мы час ехали, я эти дороги не знаю. И ТАМ ТЕМНО! "

ТАК ВОЗЬМИ ФОНАРИК! - кричит в ответ лейтенант, уже в стадии обморока.

Мы стоим, тяжело дышим, смотрим друг на друга и понимаем, что расстреляют нас, скорее всего, вместе - и похоронят тут же, на полигоне. Потому что танк это не штык-нож и даже не автомат, последствия будут как в 37-м году.

И тут.

Вот как в кино было срежиссировано по таймингу, клянусь!

В дыму и рокоте из леса выезжает очередная рота, причём даже не наша, а соседнего батальона. И самым первым гордо едет танк с бортовым номером 869, и рулит им лично комбат-2 Игорь Владимирович Цитлес.

Цитлес - мужик уникальный. Как и зачем он попал со своим двухметровым ростом и аршинными плечами в бронетанковое училище, никто из нас не знал, но боялись мы его до одури. Кулаки пудовые, сам умнющий - никакие косяки мимо не пройдут. При этом настоящая офицерская косточка, интеллигент, юморист... если всё спокойно и без происшествий. Но когда ж было без происшествий в 300-м танковом полку, в в/ч 32527? . .

Вот и сейчас он едет и рулит в походном положении (то есть торчит от пупка и выше из переднего люка, люка механика-водителя, потому что полностью не помещается там никак), дёргает там внизу рычаги, подводит танк к штабным, глушит, спрыгивает с брони, очищает хромовые сапоги...

Штабные столпились, всем интересно, что это такое случилось, что комбат лично решил помехводить?

- Интересная история произошла со мной, товарищи офицеры, - начинает Цитлес, - едем мы, значит, в точку сбора и вдруг видим - стоит на просеке танк! Нашего полка танк, товарищи офицеры! Габариты светятся, мотор работает, и нет никого.

Ну, думаем, отошёл водитель по маленькому, бывает, приспичило. Ждём. Минута проходит, другая - нет никого. Ладно, думаем, может, по большому отошёл. Ждём ещё.

А вокруг уже американские шпионы ходить начинают с фотоаппаратами да местные колхозники с пассатижами, чтобы открутить секретный лазерный дальномер и систему стабилизации ствола. И ни одного солдата вокруг, представляете!

Мы, конечно, справились, отогнали беглым огнём вражин, сел я поудобнее и вспомнил молодость. Ехал, аж душа пела - сохранили народное имущество, да ещё и проехался с ветерком! Покажите же мне того, кто доставил такое удовольствие старому больному подполковнику?

Выводят меня, побелевшего, не моргающего и на негнущихся.

- Спасибо тебе, сержант, что дал возможность проехаться как в старые добрые времена!

- Впрочем! - хлопает себя по лбу Цитлес, - что я говорю, какой сержант! Спасибо тебе, РЯДОВОЙ! - и своими ручищами берёт меня за плечи и буквально с мясом выдирает погоны с сержантскими лычками!

Я стою, аки камыш в безветрие, не шелохнусь.

Итак, - говорит Цитлес, - в рядовые я его уже разжаловал, не забудьте оформить приказом. Из комсомола исключить. И 15 суток гауптвахты. Всё.

И уходит. А я стою и внутри ору: "НЕ РАССТРЕЛЯЛИ! НЕ ПОСАДИЛИ! Я ЖИВОЙ! "

- --

Что интересно, по комсомольской линии никакого выговора не было и 15 суток губы тоже не дали. Видимо, посовещавшись потом, штаб решил мусор из избы не выносить и никому наверху про танк не рассказывать - а то позору не оберёшься, да и выговорами для них самих это пахнет как минимум.

А сержантом я позже опять стал. И меня опять разжаловали, за то, что я по секретной линии связи домой в Ростов позвонил. Но это уже совсем другая история.

С днём танкиста!

Спросил как бы невзначай кому, мол, так много пишешь, на что получил уклончивый ответ, типа секрет, потом все узнаешь. Ага, сначала переписка, потом начнет пропадать на работе или к подругам ездить - читал про такое в интернете и вот уж никак не думал, что коснется и меня. И еще мне было непонятно - это что за мода вот так беспардонно изменять на глазах у мужа? Решил из интереса понаблюдать как далеко зайдет такая наглость.

Скоро нас пригласили на день рождения к подруге жены. Отмечать планировалось на даче, шашлычок, коньячок, доставка на место и развозка пьяных тел по обратным адресам за счет организаторов мероприятия (есть родственник-маршрутчик).

Когда прошли начальные тосты с поздравлениями, пожеланиями и вручениями подарков, слово взял муж именинницы. После обычных для таких случаев слов, он напоминает, что подарки принято дарить "на память" и поэтому от имени всех, кто здесь присутствует, он дарит еще один общий подарок.

Достает сверток в оберточной бумаге и вручает имениннице. Там оказывается новенький телефон в коробке. И нет, это не айфон. Это сименс. Тот самый сименс из 2000-х, с кнопками-бусинками и черно-белым экраном в пять строчек. Тот самый - первый сотовый телефон в жизни именинницы. (Телефон еще ладно, но где он умудрился новую коробку на него найти, интересно? ). Именинница растрогана, это видно, достает телефон, некоторое время с неподдельным удивлением изучает экран, затем со слезами бросается на шею своего суженного. Потом собирает вокруг себя подруг и все рассматривают телефон.

Оказывается, муж именинницы, этот Блин Гейтс отечественного разлива (он работает по электронике), превратил этот сименс в некоторое подобие томагочи. При нажатиях на кнопки он выдает на экран разные тексты. Наряду с ванильными "Привет, как дела", "Я тебя лю-лю", "Мы снова вместе и навсегда", телефончик еще напоминает различные памятные моменты из жизни именинницы. Что-то наподобие "помнишь, как перед третьим свиданием пошел ливень и вы оба пришли промокшими? Вы очень хотели увидеть друг друга. " Или "ты так и не призналась Иринке откуда стащила букет". Муж месяц выпытывал у подружек жены, включая и мою, различные полузабытые истории про свою жену и записал их в телефон.

Это того стоило. Именинница с того дня со своим сименсом не расстается, а моя жена, которую я простил за "измену", теперь тоже хочет волшебный телефончик.

не стоит, там возможность красть есть главная цель и смысл жизни, источник вдохновения, нирвана, можно сказать.

А наших пытают, мол, ну куда тебе столько?

В эти моменты мне вспоминается Нюша...

Нюшей этой в меня метнул Кабан. Причем без предупреждения, исподтишка. Открылась дверь машины, мне на сиденье плюхнули что то в стиле "х[рен]поймичегоисбокубантик" , в проеме появилась раздраженная морда Кабана с напутствием:

- Будешь ее [дол]бать, следи, что б тебя руками за уши держала!

- Ззззачем? - удивился я такому энергичному вступлению.

- А чтоб по карманам не шарила!

И захлопнул дверь.

Я покосился на подарок. Тот безмятежно улыбался мне невинными голубыми глазками. Кабанова реплика не произвела на нее никакого впечатления.

"[м]лядь с лицом ребенка" вспомнилось чье то определение.

Прелестное дитя немедля потянулось ко мне, и принялось вылизывать мне ухо.

Еле довёз до дома.

Неделю Нюша провела на мне, подо мной и в прочих интересных позах. Вообще не помню её реплик. Я поначалу думал, может, немая? Нет.

Какие то отрывистые команды иногда подавала, но предпочитала невербальное общение.

Меня тискали, как дети кота: искренне, неумело и с восторгом.

Потом вдруг исчезла, взяв на память 300 долл. Из кармана.

Продешевила- подумал я поутру. Это стоит дороже.

Приехала через неделю. Смотрела вызывающе. Чего то ждала. Нет, не ceкса. Секс то был но так. На троечку с плюсом. Запал иссяк.

Потому решил сдать эту отработанную породу Бегемоту. Этот склад просроченных влагалищ работал без выходных и перерывов.

Через пару дней возмущенный звонок.

- Ты ее на какой зоне снял?

- Кого?

- Крадуниху эту?

- Она сперла любимый бантик твоего папы?

- Часы увела, тварь! Точнее, пыталась! (Беги очень дорожил отнятым где то Вашероном Константином)

- М?

- Мы ее по кругу пустили!

- Дддолбое[ж], ты по 117 сесть хочешь? Я тебе передачи возить буду. Бациллу всяку . Сало, повидло , сушки, вазелин. Он тебе особенно пригодится...

- Да она тут ещё... За[дол]бала... Всех... Выгнать не можем.

И постоянно пытается что то с[тыр]ить в перерывах... .

Нюша неумело воровала везде. Всюду. Всегда.

И непрерывно была наказана за это. Всеми. Во все места.

Стало понятно ее охлаждение к моей персоне. Я же должен был ее сурово покарать за спижженое бабло, а я даже не упомянул о пропаже. Ну отработала же, чо!

Но зато потом Нюшу передавали из рук в руки с инструкциями. Мол, особо ценные вещи приберите, и готовьтесь сурово бороться с преступностью.

Иногда мстительные бабы Нюшу сдавали ментам. К радости всего отделения.

Крала ли Нюша ради ceкса, трахалась ли она ради воровства-было равносильно загадке мира. У нее два эти процесса были сплетены между собой неразрывно.

Куда бы она не попадала, сразу начинала искать, что с[тыр]ить и перед кем раздвинуть ноги.

Была исключительно цельной натурой. Все ее помыслы крутились вокруг тайного хищения чужой собственности и последующей затем расплаты.

Единственный потерпевший, грубиян Бублик, дал ей денег сразу.

Мол, неча тут кружева плести. Нюша помолчала.

Попросилась в ванну. И сбежала. С деньгами.

Ибо нехер воровайку до проститутки разжаловать.

Бублик потом на говно исходил. А мы пальцем у виска крутили. Мол, те, мудила ты стоеросова, что сказали? Инструкцию каку дали?! А ты што учудил, олень ты дырявый?

Импровизатор х[рен]ов. Тоже мне, [м]лядь, Оккам тут выискался. Великий упроститель. Отимизатор процессов . Алгеброй гармонию он тут разъять решил, [м]лядь.

И девочку обидел и сам теперь дрочи, конь педальный.

Так что воровство, как я понял, это такая же страсть , как и инстинкт размножения. И не корой головного мозга управляется.

Эти древние инстинкты живут где то в глубине сознания людей и оттуда диктуют нам свою непреклонную волю. Так то у людей!

А у хохлов сие стержень личности, так сказать.

Там депутат намедни пердолил замглавы офиса Президента Мудрую и страстно шептал ей на ухо о воровстве.

Мудрый гудвин ещё и писал эти вороватые стоны. Разоблачая. Их это воспламеняло. Они разом и порочили, и наказывали порок.

Как Нюша.