– Этой ужасной минуты я не забуду никогда в жизни! – сказал Король.
– Забудешь, – заметила Королева, – если не запишешь в записную книжку.
(с) Л. Кэрролл. Сквозь зеркало и что увидела там Алиса.
Я не люблю высоту. Это не фобия в медицинском смысле, но когда под ногами десять метров бездны и не во что вцепиться
рукой, мне очень неуютно. У меня слишком живое воображение, сразу представляю себе, как я туда упаду. Еще страшнее, когда над пропастью кто-то близкий. Помню, как дочки (буду называть их Сонькой и Санькой, как в других историях), будучи мелкими школьницами, полезли на какую-то скалу в Крыму. Я точно знал, что они не свалятся: девчонки очень цепкие, с младенчества лазили по всем шведским стенкам, заборам и деревьям. Но смотреть на них не мог. Отвернулся и с колотящимся сердцем ждал, пока слезут.
Дочки давно взрослые, младшенький успел не только родиться, но и вымахать на полторы головы выше сестер, но мы по-прежнему любим друг друга и обязательно выбираемся куда-то вчетвером, хотя бы раз в год, хотя бы на несколько дней. Обычно путешествовали по США, а буквально в прошлую пятницу вернулись из Исландии. Обещали эту поездку мелкому на окончание школы, но то ковид, то понос, то золотуха – получилось только сейчас.
Поехали не по Золотому кольцу (Golden Circle) вблизи Рейкьявика, которым удовлетворяется 90% туристов, а по большому кольцу (Ring road, она же дорога номер 1) вокруг всего острова, причем в контрфогговом направлении: не против часовой стрелки, как все, а по часовой. Так пару лет назад ездил мой брат. Детальный маршрут составляла Сонька, старшенькая, она у нас перед поездкой прочитывает всех блогеров в интернете и отвечает за стратегическое планирование. Я – единственный в команде водитель: детки живут в Нью-Йорке, где развит общественный транспорт и нет нужды в машине, их водительский стаж близок к нулю. Санька – ассистент водителя, ее задача – вбивать в навигатор ближайший пункт назначения, ставить музыку и подавать водителю кофе и мармеладки. Малой таскает тяжести, моет посуду и поднимает всем настроение.
В аэропорту нам выдали машину продвинутой последней модели. Она следила за дорогой лучше меня, сигналила, когда я приближался к разделительной полосе или развивал опасную по ее мнению скорость, а если это происходило слишком часто – противно пиликала, изображала на дисплее чашку кофе и предлагала остановиться и отдохнуть. Словом, вела себя как излишне заботливая жена. Мы решили, что такая интеллектуальная особа заслуживает личного имени, и окрестили ее Мартой в честь жены барона Мюнхгаузена.
Первая дорога на самом деле очень качественная, везде асфальт и две полосы, по одной в каждую сторону. Но все же это горная дорога, четверть пути в водительском окне видна бездна и никакой границы между бездной и мной. Ехал по тому принципу, по которому Максим Галкин исполняет супружеский долг: главное – не смотреть вниз. С крейсерской скоростью 70 км/ч при разрешенных 90, на виражах сбрасывал до 50. Марта каждые три минуты предупреждала, что меня кто-то обгоняет, и каждые пять показывала свой кофе. Сам я с огромным напряжением сил обогнал пару тракторов и велосипедов.
Исландия – страна водопадов и горячих источников. В дни, когда не было рафтинга, катания верхом или других развлечений, у нас выходило по три водопада в день, до каждого час ехать и полчаса пилить в гору. Девицам, конечно, надо было влезть на каждый обрыв и сфотографироваться, красиво свесив ножки. Юноша норовил еще и искупаться в каждой струе, ему всегда жарко. Я устал отворачиваться. Погода не радовала, дождь то начинался, по переставал, а тучи стояли всё время, закрывая верхушки гор. Зато по вечерам можно было расслабиться в термальном бассейне.
На четвертый день на тропе к последнему водопаду я сдался, сел на траву и снизу наблюдал, как дети дошли до обрыва, повесили куртки на столб, обозначавший конец пути, и исчезли из поля зрения. Размышлял, что мне делать, если они не появятся через полчаса. Звонить 911? Нет, в Европе же 112. А код Исландии перед этим набирать или нет? Потом был термальный комплекс Вок, лучший во всей Исландии, потому что там можно нырять из горячего бассейна прямо в озеро, что мы и проделали бессчетное количество раз.
Вылезли из бассейна часов в 8 вечера, дальше предстоял переезд через ненаселенную западную часть острова, от города Эгильсстадир (2400 человек населения) до ночлега в городе Хёбн (2100 человек). Первая дорога там идет вдоль берега, огибая все фьорды, и занимает часа 3 с половиной. К счастью, в Исландии в это время белые ночи, так что я не боялся, что придется ехать в темноте. Но очень боялся устать от однообразия и заснуть, в придачу к кофе и мармеладкам купил жвачку и банку энергетика, велел Саньке заготовить плейлист с русским роком и бардами, чтобы подпевать в пути. Так-то мы ехали под сборную солянку от битлов и Синатры до Леди Гаги и мюзикла «Гамильтон».
И брат, и блогеры предупреждали: не пытаться срезать путь через перевал по горной дороге. Это почти на час быстрее, но дорога – разбитая грунтовка, шириной ровно в две машины, очень извилистая и после перевала идет зигзагом резко вниз. Красиво, но страшно. Если нормальным людям страшно, то каково будет мне? Я десять раз сказал детям: мы не едем через перевал! Едем кругом через фьорды.
– Конечно-конечно! – ответила Санька и ввела в навигатор адрес ночлега в Хёбне. Навигатор показал единственный вариант пути, Марта сообщила, что до поворота на какую-то Окси 30 километров, я закинул в рот жвачку, и мы поехали.
Километров через 15 плейлист добрался до Кинчева, «Трасса Е-95». Мимо как раз проплыл километровый столб с 95-м номером дороги, и тут до жирафа дошло, что 95 – это вообще-то не 1.
– Дети! – сказал я. – Проверьте, куда мы едем. Сдается мне, что через перевал.
– Так и есть, – сообщила Сонька, покопавшись в телефоне. – Окси – это вообще не населенный пункт, это имя дороги. Той самой горной. А чтобы ехать по первой – это надо было еще в Эгильсстадире повернуть в другую сторону. Если сейчас туда возвращаться, приедем сильно после полуночи.
– А другие варианты есть?
– Да, можно не поворачивать направо на Окси, а повернуть налево и продолжать по 95-й. Через 37 километров выедем на первую, потеряем полчаса.
– Это, наверное, то, что имел в виду брат, когда говорил про более длинную дорогу. Так и сделаем.
Доехали до развилки. Вправо и вниз уходила узкая грунтовая Окси, влево и вверх – чуть более широкая гравийка 95-й. Я повернул влево, и через несколько метров дорога исчезла. Мы въехали в густейший туман, вернее, в тучу, лежавшую на вершине горы. Вам приходилось пролетать в самолете через облако? Вот видимость была примерно такая. По краям дороги каждые 10 метров стоят желтые столбики, ближайший было видно еле-еле, а следующий – не видно вообще.
– Я на такое не подписывалась, – заявила Марта. – Ничего не вижу, отключаю систему слежения за дорогой. Дальше выбирайтесь сами.
Ну, по крайней мере она была полноприводной и без труда тянула в гору. Туман всё густел, если еще было куда. Музыку выключили, был слышен только лязг челюстей, которыми я яростно пережевывал жвачку. Марта ползла от столба до столба со скоростью пешехода. Стало ясно, что даже если мы не свалимся, 37 километров будем преодолевать до утра.
Сбоку показалась площадка с каким-то небольшим строением. То ли туалет, то ли часовня в память упавших с горы туристов. Я развернулся и пополз обратно к развилке.
– Возвращаемся в Эгильсстадир? – спросила Сонька.
– Нет, тогда мы приедем часам к двум ночи, если не к трем. Черт с ним, поедем по Окси. Она вроде бы идет вниз, тумана должно быть меньше. Страшнее уже не будет.
На Окси туман слегка развеялся, но всего на пару километров. Дальше она пошла вверх, на перевал, мы опять ехали в слое ваты, сквозь который едва виднелся ближайший столб и совсем не виднелась пропасть за ним. Но она там была. Навстречу прошли две машины. Прижаться к краю дороги, чтобы их пропустить – это был отдельный трюк, но по крайней мере это давало надежду, что не все они упали в эту бездну и дорога преодолима. Хотя кто знает, может быть, эти две – единственные уцелевшие из десяти стартовавших. Или из ста.
Дети вели себя идеально. Сидевшая рядом со мной Санька следила за правой стороной дороги и подсказывала, куда поворачивать, когда удавалось разглядеть очередной столб. Парочка на заднем сиденье молчала, только Сонька однажды протянула сестре телефон и попросила снять видео через лобовое стекло. Периодически из тумана показывались издевательские знаки: «Крутой спуск, извилистая дорога, рекомендованная скорость 50 км/ч… 30… 20». Где-то 20 мы и ехали.
Километров через 10 мы наконец выехали из тучи. Стал виден край дороги и пропасть за ним. Боже, как я ей обрадовался! Прибавил скорость, выплюнул наконец жвачку, попросил включить музыку.
– А я еду за туманом! – радостно сообщил Кукин.
– Идиот! – прокомментировала Санька. Потом спросила:
– Пап, страшно было?
Я кивнул.
– Ну конечно, ты же мог потерять сразу всех детей.
– Знаешь, я совсем не думал об этом. Вообще ни о чем не думал. Три мысли было в голове: руль вправо, руль влево, притормозить.
Ровно в полночь мы въехали в Хёбн. Нашли наш AirBnb-шный домик, из последних сил расстелили постели и вырубились без всяких мыслей. Дальше поездка превратилась в сплошной кайф. Местность стала более равнинной, а где не стала – мне уже было всё пофиг, я шел за 100 и почем зря обгонял всяких лохов, не видавших перевала. Марта прониклась ко мне доверием и перестала приставать с отдыхом и кофе. Даже солнышко вышло. В Исландии бывают теплые солнечные дни – вот оба нам и достались. Сейчас обсуждаем, куда поехать на следующий год – в Шотландию или Италию.
