О странностях великих пианистов:
1. Гленн Гульд был чемпионом по странностям. Он панически боялся микробов и холода. Даже в 30-градусную жару он мог прийти на концерт в теплом пальто, шарфе, кепке и перчатках. Перед игрой он проводил ритуал: 20 минут грел руки и предплечья в горячей воде, утверждая, что только так его пальцы обретут
2. Один из самых высокооплачиваемых пианистов мира Владимир Горовиц был крайне мнителен в еде. На гастролях он заставлял поваров готовить ему исключительно серую камбалу или курицу. Считал, что любая другая пища может вызвать расстройство желудка и этим сорвать концерт. Если в городе не было нужной рыбы, её доставляли самолетом специально для маэстро.
3. Главный гедонист - безусловно, Артур Рубинштейн. В отличие от многих затворников, он обожал жизнь во всех её проявлениях. Он владел восемью языками, был великолепным рассказчиком и утверждал, что секрет его долголетия - в хороших сигарах и шампанском.
«Я выпил столько вина, что на нем мог бы проплыть целый корабль», и при этом играл сложнейшие программы даже после 80-ти лет.
4. Артуро Бенедетти Микеланджели был профессиональным автогонщиком и обожал копаться в двигателях своих Ferrari. Свой рояль он воспринимал как гоночный болид: мог отменить концерт за 10 минут до начала, если чувствовал, что влажность воздуха изменилась на пару процентов и механика инструмента работает «не так».
5. Несмотря на статус живой легенды, Марта Аргерих всю жизнь страдает от чудовищного страха сцены. Существует множество историй о том, как за 5 минут до начала концерта она сидела в гримерке и заявляла, мол: «Я не пойду, я не умею играть, я всё забыла! ». Друзьям и организаторам часто приходилось буквально уговаривать или мягко выталкивать её на сцену, где она тут же выдавала гениальное исполнение.
6. Святослав Рихтер ненавидел классические пафосные концерты. В последние десятилетия жизни он требовал, чтобы в зале полностью выключали свет, оставляя лишь одну тусклую лампу на пюпитре. Он считал, что зрители должны слушать музыку, а не рассматривать лицо или его движения рук.
7. Кристиан Цимерман возит с собой не просто рояль, а собственную съемную механику (клавиатуру), которую он сам же и сконструировал. Он настолько хорошо разбирается в устройстве Steinway, что может разобрать и собрать его до винтика. После случая в США, где его рояль уничтожили на таможне, он стал еще более подозрительным: его инструмент на сцене часто запирают на специальный металлический замок-зажим, чтобы никто, кроме него, не коснулся клавиш до начала игры.
8. Мицуко Утида известна своей невероятной избирательностью и почти монашеским образом жизни. Она может годами учить одно произведение, прежде чем решится вынести его на публику. Её главная странность - одержимость перчатками. Она носит их почти постоянно, чтобы сохранять тепло и чувствительность пальцев, и может отменить репетицию, если температура в зале ниже идеальной. На сцене она выглядит как хрупкое видение, но за этим стоит железная дисциплина и отказ от «суеты» музыкального бизнеса, построенного на постоянном мелькании на экранах и в соцсетях.
9. Ван Клиберн был классической «совой». Во время конкурса Чайковского в Москве он занимался исключительно в ночную смену, когда консерватория пустела. Рихтер говорил, что у 193-сантиметрового Клиберна была «психология 14-летнего мальчика», ведь он был невероятно искренним, доверчивым и до конца жизни возил с собой в гастроли горсть родной техасской земли в небольшом мешочке, считая, что это дает ему силы на чужбине.
10. Викингур Олафссон превращает каждый концерт в интеллектуальный перформанс. Он страдает синестезией (видит музыку в цветах) и совсем недавно стал активно продвигать проекты, где свет в зале меняется в зависимости от гармоний. Его фишка - в невероятном красноречии: он может 15 минут рассказывать залу о том, почему он выбрал именно этот рояль из десяти ему предложенных, детально описывая как старого друга.
Королёв, будучи уже Главным конструктором, очень уважал простых рабочих и слесарей. На одном из совещаний инженеры спорили, как лучше собрать сложный узел ракеты. Теоретически всё было правильно, но Королёв вдруг сказал:
— «А теперь давайте позовём слесаря Иванова из цеха. Если он сможет это собрать руками — значит,
В итоге именно слесарь подсказал, что деталь невозможно закрепить без дополнительного люка. Инженеры переделали проект.
Говорят, однажды космонавты спросили Королёва:
— Сергей Павлович, что нужно, чтобы полюбить космос?
Он ответил:
— Очень крепкий чай и железный желудок.
В цеху кипела работа: готовили ракету к старту. Инженеры спорили над схемами, чайник на плите забылся, а Королёв с суровым лицом проверял каждый болт.
Вдруг слесарь тихо сказал:
— Сергей Павлович, ракета закипает!
— Где?! — подпрыгнул Королёв.
— Да это у вас чайник.
Королёв улыбнулся, но налил себе кружку и пошёл к Гагарину.
— Ну что, Юра, не страшно? — спросил он.
Гагарин улыбнулся:
— Товарищ Главный конструктор, если я откажусь, вы сами полетите?
— Конечно, — кивнул Королёв. — Но тогда ты меня будешь запускать.
Все засмеялись, напряжение спало. А Алексей Леонов добавил:
— Сергей Павлович, а вы бы на Луну полетели?
Королёв затянулся «Беломором» и хмыкнул:
— Только если там борщ есть.
Несколько малоизвестных фактов о Королеве:
До середины 1960-х имя Королёва было засекречено даже внутри СССР. В газетах его называли просто: «Главный конструктор». Даже космонавты, которых он лично выводил в космос, не всегда имели право произносить его фамилию публично.
Во время войны Королёв не сидел только в конструкторском бюро. Его несколько раз вывозили на фронт, чтобы он видел боевое применение ракетных систем. Говорят, он любил сам залезать в грязь и проверять установки «Катюша», чтобы понимать, как это работает в реальности.
В 1938 году Королёва арестовали по обвинению в «вредительстве». Он прошёл через Колыму, где чудом выжил, и только потом был переведён в «шарашку» — конструкторскую тюрьму. Ирония: именно в условиях полузаключения он начал разрабатывать первые ракеты, с которых и выросла вся советская космонавтика.
Королёв терпеть не мог «бумажные» проекты. Если что-то не собиралось, он сразу отбрасывал теорию. Он говорил: «В космосе не будет чертежей, там будет железо. И оно должно работать».
Несмотря на статус и доступ к «дефициту», Королёв обожал простые блюда: кашу, борщ, хлеб с салом. Коллеги шутили: «Космос покоряет человек, который доволен тарелкой борща».
В 1966 году Королёва положили на операцию по удалению опухоли. Она оказалась доброкачественной, но врачи повредили челюсть и кишечник — организм не выдержал. Многие историки уверены: если бы он прожил хотя бы ещё 10 лет, СССР мог бы обогнать США в лунной гонке.
Доктор Бернард Лоун прожил 99 лет. И на сотом году жизни он ушёл в лучший мир. В тот, куда уходят лучшие. Он автор книги «Утерянное искусство врачевания». Коллеги обвинили его однажды в колдовстве; это в наше время. Уважаемые доктора заподозрили, что кардиолог Бернард Лоун даёт пациентам веселящие зелья. Или магию применяет. Потому что мрачные,
Нет, он, конечно, лечил «сердечников». И дефрибиллятор он изобрёл. И он следовал протоколу лечения, а как же! Но ещё он понял, что слова могут убить, могут и исцелить. И врач лечит словами не в меньшей степени, чем лекарствами и операциями. Именно доктор Лоун описал случай, когда после звонка токсичной злой матери скоропостижно скончался пациент, который шёл на поправку. Как будто его прокляла злая ведьма… Он описал случай, когда хороший врач сказал при пациентке плохой диагноз, - и женщина моментально погибла без видимых причин. Он описал старичка, который переписал свое имущество на зятя, а потом боялся вставать и ходить - зятю мешали звуки шагов пожилого человека. И старичок чуть не погиб, сердце его было разбито… Это он, доктор Лоун, дал пациенту расписку, что тот проживёт ещё пять лет. Безнадежному пациенту. От безнадёжности. И этот пациент прожил пять лет, обзавёлся семьей, и снова пришёл за распиской. И стал жить дальше; как не жить, если доктор расписку дал? )
Доктор Лоун понял, что наше сердце разбивают злые слова и мучительные отношения. Причина таких болезней - в эмоциональном окружении пациента. И для исцеления надо сначала защитить человека от токсичных влияний. Он и сам защищал. Даже писал письма родственникам, которые обижали больных. Такой вот был этот доктор Лоун.
Именно он разрешил перенёсшим инфаркт пациентам шевелиться и двигаться. До этого их заставляли лежать неподвижно, - и они погибали чаще от плохих мыслей, от страха и беспомощной обездвиженности. Он спас тысячи жизней, этот доктор Лоун.
И ещё он написал о тайных праведниках, которых прислали в этот мир с определённой миссией - сделать его лучше. Это уж совсем мистика, не так ли? Но это правда. И одним из таких особенных людей, возможно, был сам доктор Бернард Лоун. Великий доктор, напомнивший об утерянном искусстве врачевания словом.
Он ушёл на сотом году жизни. Такие люди словно всегда рядом и всегда поддерживают нас одним фактом своего существования. Что бы мы без них делали? Без этих специально посланных в этот жестокий мир людей…
Короткая справка. Бернард Лоун родился в 1921 в Литве, в еврейской семье. Тогда его звали Борух Лак. Один из его дедов был раввином. В США он приехал вместе с родителями, когда ему было 14. Помимо успешной практики он был известным общественным деятелем. Основанная им организация "Врачи мира за предотвращение ядерной войны" в 1985 году получила Нобелевскую премию Мира.
Спешу сразу заверить всех, что полностью согласен с первым каналом. И что на коллективном Западе дементоры прямо в открытую по поездам шастают...
Поэтому - без умысла расскажу историю об Ричарде Роджерсе (Richard Birdsall Rogers). Канадском инженере, ставшим жертвой своего идеализма.
В конце 19 века он работал суперинтендантом
И вот в 1904 году возле города Петерборо открывается знаменитый шлюз No. 21. Он поражает всем: и высотой перепада (вместо привычных тогда 2-3 метров шлюз поднимает сразу на 20, и применением редкого тогда неармированного бетона. А самое главное - это принцип действия. Шлюз сделан, как весы. Суда вплывают в чаши по обеим сторонам опоры, после чего одна чаша поднимается, а другая - опускается, вместе с водой и находящимся там судном. Шлюз не требует энергии, все работает на гравитации. Причем система оказалась такой надежной, что первый ремонт сделали только через 70 лет. Тогда же эту конструкцию признали выдающемся историческим инженерным сооружением Америки.
А в истории Канады этот проект остается единственным гос. заказом, который выполнен в срок и за отведенные средства. До сих пор.
Но вдруг вместо чествования Роджерса обвинили в растратах. Он сумел отбиться в судах, но его репутацию очернили, и до самой смерти не предложили ни одного мало-мальски серьезного заказа.
Разгадка такого отношения проста: на этой уникальной стройке он неоднократно отказывался давать откаты властям, или затягивать процесс для доп. финансирования. Сам придирчиво отбирал подрядчиков, сам следил за расходами, и даже использовал собственные сбережения.
У 26-летнего Сильвестра Сталлоне в жизни был совсем тяжёлый период: нет работы, нет денег, нет перспектив. Есть одна пара штанов, которые спадают с него, потому что Сильвестр худющий и вечно голодный. И ещё есть пёс Баткус, который любит его до безумия.
Личное "дно" Сталлоне случилось в день, когда он продал этого пса - своего лучшего друга за 15 долларов. Потому что нечего было есть.
А потом случилось настоящее чудо - сценарий "Рокки" и мгновенная популярность Сталлоне.
Его первый гонорар составил 15 тысяч долларов. Огромные деньги для человека, привыкшего подрабатывать за двадцатку.
Схватив деньги, Сталлоне первым делом побежал к новому хозяину Баткусу, чтобы выкупить его.
Но тот был хитрый дядя, за взлётом Сталлоне следил, и поэтому сказал:
- Хочешь назад свою собаку? С тебя 15...
- Долларов?
- Тысяч долларов!
Сталлоне, не колеблясь, отдал весь гонорар и вернул друга. И они долго были счастливы тем, что есть друг у друга.
А в интервью Сталлоне потом скажет: "Он стоит каждого отданного за него цента". Нашу личность во многом определяет то, как мы исправляем свои ошибки.
Нашу личность во многом определяет то, как мы исправляем свои ошибки.
В 1974 году Леонид Марягин снял фильм "Вылет задерживается", в котором звучала песня в исполнении Леонида Утёсова. На премьере режиссёр стал представлять съёмочную группу. Леонид Георгиевич представил своих сотрудников и заявил, что считает Утёсова тоже членом творческого коллектива и надеется долго с ним сотрудничать.
Зал восторженно зааплодировал. Утёсов, которому вот-вот должно было стукнуть 80 лет, встал и сказал:
- Можно, я расскажу подходящий случаю анекдот? Одного 80-летнего старца приговорили к 25 годам тюрьмы. Подсудимый встал и прослезился: "Граждане судьи! Благодарю вас за оказанное доверие! ".
Смотрел тут как-то по ТВ музыкальную программу, и там участвовал певец из Центра Оперного Пения имени Галины Вишневской. Красивый фактурный парень, с великолепным голосом, и артист прекрасный, что неудивительно, в тот Центр кого попало не берут. А я сразу вспомнил, как побывал однажды в этом Центре по работе, хотя я никак с музыкой не связан, но так вышло.
Было это ещё при жизни Галины Павловны, я никогда не забуду: входит она в свой кабинет, и все мы, как работники Центра, так и люди со стороны, как-то становимся меньше ростом… Примерно такие воспоминания оставили люди, знавшие лично императрицу Екатерину Великую.
Но про Галину Павловну пусть пишут те, кто её хорошо знал, а я так, по мелочи, забавную деталь вспомнил. Из-за кулис у них на сцену лесенка вела, по которой певцы поднимаются во время репетиций и спектаклей. И у этой лестницы закреплена внушительная табличка (стационарная, не на бумаге): «Стаканы на сцену не выносить! » Да, дисциплина…
Да, дисциплина…
Мао Цзэдун не владел нормативным путунхуа (современным стандартным китайским языком) и до конца жизни говорил на родном диалекте Сян (а именно на его консервативной разновидности — шаошаньском говоре провинции Хунань).
Сяу, Мао Цзэдун не владел нормативным путунхуа (современным стандартным китайским языком) и до конца жизни говорил на родном диалекте Сян (а именно на его консервативной разновидности — шаошаньском говоре провинции Хунань).
Лингвистически диалект Сян настолько отличается от путунхуа, что они взаимоневерифицируемы — то есть житель Пекина воспринимал речь Мао как совершенно чужой язык.
Когда 1 октября 1949 года Мао Цзэдун провозгласил создание КНР на площади Тяньаньмэнь, большинство собравшихся и радиослушателей просто не поняли его слов без письменного текста.
Пытаясь говорить на официальном «мандарине», Мао сохранял хунаньскую фонетику. Из-за этого его личные секретари выполняли роль своеобразных переводчиков, адаптируя устные распоряжения председателя для партийных чиновников.
Примечательно, что именно при Мао Цзэдуне в 1950-х годах в КНР началась масштабная реформа по популяризации и внедрению путунхуа как единого обязательного языка для всей нации. Сам лидер государства этой норме соответствовать так и не смог.
После премьеры первой оперы Сергея Рахманинова «Алеко», к молодому двадцатилетнему автору, впервые выступившему в Большом театре со своим произведением, подошел Пётр Ильич Чайковский и смущённо спросил: — Я только что закончил двухактную оперу «Иоланта», которая недостаточно, чтобы занять целый вечер. Вы не будете возражать, если она будет исполняться вместе с вашей оперой?
Потрясённый и счастливый Рахманинов не смог ответить и молчал, будто воды в рот набрал.
— Но если вы против... — начал Чайковский, не зная, как истолковать молчание молодого композитора.
— Он просто потерял дар речи, Пётр Ильич, — подсказал кто-то из окружающих.
И Рахманинов в подтверждение слов о потери дара речи усиленно закивал головой.
— Но я так и не понял, — засмеялся Чайковский, — против вы или нет. Если не можете говорить, то хоть подмигните...
Рахманинов так и сделал. Подмигнул. Для убедительности несколько раз подмигнул.
Леонида Броневого все запомнили, прежде всего, как Мюллера в сериале "Семнадцать мгновений весны". Трудно было тогда представить, что именно он снимется в одной из первых постельных сцен в советском кино.
Речь идёт о вестерне "Вооружён и очень опасен" (1977), который снял режиссёр Владимир Вайншток по произведениям американского писатели Фрэнсиса Брета Гарта.
По сценарию 47-летнему Броневому нужно было играть совсем неплатоническую любовную сцену с очаровательной 26-летней актрисой и певицей Людмилой Сенчиной.
А Леонид Сергеевич только-только женился вторым браком, и ему страшно не хотелось представать перед супругой в постели с молодой женщиной в неглиже.
Как позже вспоминала Сенчина, во время съёмок этой фривольной сцены, он весь покрылся красными пятнами:
- Броневой всё время спрашивал режиссёра: "Ну как мне её? Вот так, да? ". От чрезмерного волнения он даже порвал мне бретельку на бюстгальтере.
На самом деле актер зря стеснялся. После выхода ленты на Броневого никто особого внимания не обратил, и героем любовником в советском кино он так не стал.
Зато шквал критики обрушился на популярную певицу, которая показала на экране грудь. Возмущённые зрители писали в письмах:
- В то время, как в Гондурасе дети голодают, Сенчина соблазняет наших мужей и сыновей!
В Академии изящных искусств Флоренции хранится всемирно известный шедевр Микеланджело Буонарроти – статуя библейского героя Давида. Высеченный из мрамора обнажённый воин-пастух с пращою на плече считается идеалом мужской красоты и эталоном телесных пропорций.
Если внимательно присмотреться к лицу прекрасного юноши,
13 сентября 1501 года скульптор Микеланджело Буонарроти поплевал себе на руки, взял в них молоток и долото, подошёл к огромной глыбе мрамора, и принялся отсекать от неё всё лишнее. Два года и четыре месяца шла упорная борьба человека с камнем, и вот, наконец, в январе 1504 года гениальный ваятель предъявил миру своё творение. Бесформенная мраморная глыба приобрела облик древнего библейского царя Давида.
Принимать работу пришла вся местная знать. Самым важным вельможей в толпе посетителей был глава городского правительства Пьеро Содерини. Он не только считался покровителем искусств и талантов, но был ещё и главным заказчиком статуи Давида. Увидев пятиметровый шедевр Микеланджело, Пожизненный Гонфалоньер справедливости Флорентийской республики Пьеро Содерини решил повыпендриваться.
Обычное дело во все времена и во всех государствах – ведь надо же было главному заказчику найти у подрядчика хоть один недостаток! И он его нашёл! С вальяжным видом тонкого знатока синьор Содерини заявил, что нос у Давида… слишком велик…
Как обычно в таких случаях поступают подрядчики? Услышав критику невежды, 99% подрядчиков начинают доказывать свою правоту, подтверждать соответствие выполненной работы всем нормам и стандартам. Микеланджело не стал возмущаться и ссылаться на нормативы антропометрии по носам. Он молча приставил лестницу к статуе, в одну руку взял инструмент, а второй незаметно прихватил с подножия своего колосса горсть мелких осколков и мраморной пыли. Поднявшись по лестнице, скульптор стал изображать бурную деятельность. От так рьяно бил молотком по долоту, что пыль и крошки летели во все стороны. И даже сыпались на головы приёмной комиссии. Но на самом деле, Микеланджело лишь умело имитировал удары и ловко разбрасывал осколки. Нос Давида при этом не пострадал.
Через несколько минут спектакль закончился. Гениальный ваятель спустился вниз и почтительно спросил, нравятся ли заказчику изменения. Пьеро Содерини снисходительно заявил: – Вот теперь совсем другое дело! Теперь статуя прекрасна!
На съёмочной площадке фильма "Хищник" собралась группа здоровенных, полных тестостерона актёров боевиков в самом расцвете сил и лет. Несмотря на то, что главной звездой бесспорно был Арнольд Шварценеггер, исполнители второстепенных ролей не собирались уступать свой статус "альфа-самца". Актеры громко разговаривали, вызывающе себя вели и всячески пытались показать свою силу в спортзале, который был установлен на съёмочной площадке по требованию Арнольда.
Особенно ревностно по отношению к Шварцу вёл себя Джесси Вентура - известный профессиональный рестлер (популярные в США подставные бои с большим количеством акробатических трюков). Однажды костюмерша, по секрету, поведала Вентуре, что объем его бицепса превосходит шварценеггерский почти на 3 сантиметра. Окрылённый Вентура поспорил с Арнольдом на бутылку дорогого алкоголя и... проиграл, выяснив, что бицепс "Австрийского дуба" больше чуть ли не на 8 сантиметров. Оказалось, Арни подговорил костюмершу сообщить Вентуре ложную информацию, зная, что тот обязательно попадётся в ловушку.
Пётр I привлёк к строительству Санкт-Петербурга целую когорту иностранцев, в их числе и Доминико Трезини, итальянца из швейцарского кантона Тичино. Весной 1703 года Трезини заключил с Петром договор, в котором, кстати, было написано: "... сверх того обещаю, как явно покажет искусство и художество своё, чтоб ему жалованья прибавить".
Трезини явно показал как своё искусство, так и художество: великолепный Петропавловский собор, здание Двенадцати коллегий и Летний дворец Петра I - без этих зданий Петербург немыслим. Доминико, или Андрей Якимович, как его здесь звали, усердно трудился на посту главного архитектора новой столицы и свою часть договора выполнил, а вот Пётр Алексеевич свою - нет. Больше того, прибавлять жалованье зодчему он и не собирался.
Как-то беседуя со своим любимцем Григорием Чернышёвым, в прошлом царским денщиком, Пётр в порыве откровенности рассказал, как он платит иностранцам на русской службе: "Французу всегда можно давать большое жалованье - они все весельчаки, и всё что получат, здесь у нас и проживут. Немцу нужно давать не меньше, эти любят хорошо поесть и попить, и это нам прибыльно. Англичанину надобно давать ещё больше, эти любят пожить в удобстве, из своего имения ещё сами к жалованью прибавят. Голландцу можно платить мало, эти досыта не едят, капитал собирают. А итальянцам - ещё меньше, эти - бережливые и служат в чужих землях, только чтобы накопить денег и после проживать их в своём раю, в Италии". Если б знал скромный Трезини о таких петровских правилах, может быть, и не соблазнился на его посулы...
Насчёт Андрея Якимовича царь-реформатор глубоко ошибся. Ни в какой итальянский рай он не поехал, после смерти Петра получил, наконец, прибавку к жалованью, чин полковника, мундир и шпагу, и умер здесь, в городе, который строил.
Когда в 2018 году Михаил Жванецкий в последний раз посетил родную Одессу, местный журналист задал ему вопрос о его позиции по Донбассу.
— Молодой человек, вы должны понимать, что ваш вопрос при ЛЮБОМ ответе принесёт мне неисчислимые неприятности. Такие вопросы задают либо дураки, либо подлецы. От души надеюсь, что вы дурак.
Николай I любил одинокие прогулки и всякий день ходил пешком, никого не опасаясь. Однажды зимой император шёл по Дворцовой набережной и заметил впереди странную фигуру. Был сильный мороз, а перед ним в одном сюртуке, втянув голову в плечи и прикрыв шею воротником, семенил худенький человечек. Царь окликнул странного прохожего и строго спросил: "Кто таков? Почему без шинели? Пропил? ". И Николай Павлович наклонился к нему, чтобы удостовериться, не пьян ли прохожий? Человечек от грозного окрика задрожал даже больше, чем от холода. Он служил учителем в Первом кадетском корпусе. Запинаясь, учитель начал объяснять, что единственная его шинель прохудилась, и он отдал её в починку.
"На гауптвахту, в Зимний дворец, быстро! " - приказал царь. Перепуганный учитель бросился бежать к дворцовым дверям, недоумевая, за что же такое наказание. Обогревшись на гауптвахте, где весело потрескивали дрова в печке, бедный учитель начал мучительно припоминать, не нарушил ли он какого-нибудь приказа, запрещавшего ходить зимой без шинели, и гадать, что его ожидает. А через некоторое время дежурный офицер принёс тёплую шинель и вручил ему от имени государя. Вот такой, почти святочный, рассказ...
