В 1440 году римский Папа Евгений IV остро нуждался в деньгах и продал флорентийцам городок Борго-Сансеполькро. Граница между Папским государством и Флоренцией должна была пройти по речке с оригинальным названием Rio (река). Но в той местности было две небольшие реки с этим названием, и каждая сторона при составлении карты указала ближайшую к себе
Между двумя речушками оказалась полоска земли длиной около двух километров с деревушкой Коспайя — около 300 жителей. Она не принадлежала никому. Крестьяне Коспайи это заметили раньше, чем чиновники. И вместо того чтобы сообщать об ошибке, они тихо провозгласили независимость. С девизом «Perpetua et firma libertas» — «Вечная и твердая свобода». Поразительно, но на Коспайю все махнули рукой. Кватроченто в Италии было довольно бурным — всем было не до того.
Управление деревней осуществлял совет старейшин, собиравшийся под большим дубом. Никакого короля, никакого папы, никаких налогов. Никакой армии, никакой тюрьмы, никакой полиции. Никаких законов, кроме одного правила — не нарушать покой соседей.
Расцвет Коспайи наступил в XVII веке, когда табак распространился по Европе, а Папское государство и Тоскана запретили его выращивание и продажу — ибо страшный грех это, дети мои. Курильщиков отлучали от церкви. Тогда Коспайя стала единственным местом в Италии, которое не подчинялось папскому запрету на выращивание табака.
Смышленые крестьяне засеяли табаком каждый клочок земли на всех своих 25 гектарах. Республика превратилась в крупнейший нелегальный табачный рынок. Контрабандисты, торговцы и просто любители покурить потянулись в эту республику. Соседние государства злились, но поделать ничего не могли — формально республика существовала законно, как результат картографической небрежности.
Свобода продержалась 385 лет. В 1826 году после долгих переговоров Папское государство и Великое герцогство Тосканское наконец «исправили ошибку» и разделили между собой Коспайю.
Но почти четыре века люди доказывали, что можно жить без короля, папы, армии, полиции, тюрем, налогов и прочих государственных институтов. И при этом мирно решать все свои проблемы самостоятельно и процветать.
Дом № 15 по Невскому проспекту в начале XIX века принадлежал известному откупщику Абраму Израилевичу Перетцу. Перетц приехал в Петербург по совету Потемкина, своего покровителя, крестился, дослужился до чина коммерции советника. Предприимчивость, умение рисковать принесли ему удачу: Перетц разбогател, занялся торговлей солью и стал поставщиком царского двора. Вот тогда и появилась в Петербурге пословица: "Где соль, там и Перетц".
ПРОСЛУШИВАНИЕ
Любопытная история поступления Валентина Гафта в школу-студию МХАТа. За несколько дней до экзамена он случайно увидел в парке своего любимого актера - Сергея Столярова. Недолго думая, Гафт подошёл к знаменитости и попросил о "прослушивании".
- Удивившись столь нахальному поступку, Столяров, тем не менее, не разозлился, а пригласил меня на следующий день к себе домой. Следя за моим чтением уже не помню какой байки, он систематически указывал на мои ошибки.. . Экзамен я сдал на "отлично", - не без гордости вспоминал Валентин Иосифович.
В январе 1940 года рейхсканцлер Германии Адольф Гитлер устроил истерику со словами: "Наши суды - медлительные ржавые машины по штамповке возмутительно несправедливых приговоров! Я докажу, что мы в состоянии покарать любых гнусных кротов, которые в тысячах нор подрывают мощь германского рейха, нарушая его законы! Да, это колоссальная
Гитлер очень страдал от того, что Германия, вместо нацистского государства начала превращаться в клептократию.
Бедняжка.
Коррупция и воровство в самых высших эшелонах Третьего Рейха достигли таких масштабов, что приведенную выше цитату фюрер орал в лицо своему министру юстиции Францу Гюртнеру. От чего тот заболел и через месяц помер.
Бедняжка-2.
Желая искоренить коррупцию, Гитлер передал надзор за ней непосредственно Рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру. Приказав ему найти «бесстрашную овчарку», которая не побоялась бы отправлять под суд министров, канцлеров, фюреров и генералов с комендантами всех мастей.
И такая овчарка была найдена.
В мае тридцать девятого в Суд СС - высшую инстанцию судебной системы Рейха, «Суд Судов» - был переведен тридцатилетний Георг Конрад Морген, выпускник Международной академии права в Гааге, бескомпромиссный и неподкупный судья, юрист до мозга костей, лично преданный Гиммлеру и Закону.
И отправлен в Краков, где находился тогда Суд СС, искоренять коррупцию.
Георг Конрад взялся за дело настолько рьяно, что за восемь месяцев завел дела на десяток нацистских бонз. Местное начальство было от этого не в восторге. Настолько не в восторге, что разжаловало Георга Конрада в ефрейторы и отправило его на Восточный фронт, судьей дивизии СС «Викинг».
Где он и провел целый год, вылавливая дезертиров и мародеров, пока Гиммлер не заметил отсутствие своей овчарки.
Бешенство Гиммлера было запредельным. Георг Конрад был возвращен в Краков, повышен в должности сразу на три ступени от первоначальной - на вопрос «Почему же вы, Морген, не сообщили мне об отправке на фронт? » Георг Конрад вытянулся в струнку и заявил, что не мог предположить, что его непосредственный куратор действует вопреки желанию Рейхсфюрера СС, а также он не мог ослушаться его приказа и жаловаться Гиммлеру через его голову - и за это честный и неподкупный судья сразу стал оберштурмбанфюрером. Звание, если не ошибаюсь, соответствующее полковнику. И переведен в Берлин.
А те ребятки, которые отправляли его на фронт, сами вылетели с теплых местечек в окопы и сгинули где-то в суглинках контрпартизанской борьбы.
На новом месте Георг Конрад взялся за дело еще более лучше рьяно, и через два месяца предоставил Гиммлеру такой отчет, от которого охренел даже он. Давать ход тем делам, которые он прочитал, не осмелился даже Ужасный Генрих. И проблема была не столько в том, какие должности занимали воры и коррупционеры, сколько в масштабности разложения. СС оказалась сборищем ублюдков, воров, трупоедов, мародеров и убийц. Трофеи до Рейхсказны не доходили, мародерство на Восточном фронте приняло колоссальные масштабы, и пр. и пр.
Морген был снят с этой должности и отправлен в Мюнхен, расследовать коррупцию в концлагерях.
И только на этом месте он развернулся по-настоящему и вошел в историю.
На этой должности он завел восемьсот (! ) уголовных дел, довел до суда двести из них, отправил на скамью подсудимых пятерых комендантов лагерей:
- Одиозного Карла Коха, коменданта Заксенхаузена, Бухенвальда и Майданека, и его жену Ильзу, за беспрецедентное воровство золотых зубов и прочего имущества уничтоженных евреев, которое он присваивал себе — Моргену удалось доказать хищений из казны на 200 000 марок. Карл Кох был повешен. Ильза повесилась в камере через 15 лет.
- Коменданта Майданека Германа Флорштедта — казнен.
- Коменданта лагеря Герцогенбуш Адама Грюневальда — смещен, отправлен на фронт, погиб.
- Коменданта лагеря Флоссенбург Карла Кюнстлера — смещен, отправлен на фронт, погиб.
- Коменданта Дахау Алекса Пиорковски — смещен, казнен после войны. Так, вспомнилось почему-то. Не знаю, почему. Доброе утро.
Так, вспомнилось почему-то.
Не знаю, почему.
Доброе утро.
Рассказывает Эдит Пиаф.
Несколько лет назад, когда я пела в "ABC", как-то вечером я спустилась в бар, в двух шагах от мюзик-холла, чтобы выпить чашку кофе. Сидя у стойки, я увидела в окно проходившую по улице женщину в плохо сшитом габардиновом пальто. В руках она несла какой-то сверток. Я бы не обратила на неё внимания, если бы
Я не двинулась с места, размышляя, что же могло привести ее в такое состояние? Вдруг она снова прошла мимо кафе. Она удалялась маленькими, быстрыми шагами. Как будто бежала от чего-то, в руках у нее уже ничего не было. Я выскочила на улицу. Напрягая зрение, прошла по темному переулку. В глубине одной подворотни я наметила сверток. Это был небольшой ящик из-под фруктов, набитый лохмотьями, а внутри спал, словно ангелочек, новорожденный младенец! Я повернулась и побежала, как сумасшедшая! Случаю было угодно, чтобы я догнала несчастную. Я схватила ее за руку и строго сказала:
"Сейчас же вернитесь за ним. И не стыдно вам! "
Я обидела ее, она заплакала. "Не зовите полицию... Не зовите, умоляю вас... " — непрерывно повторяла она.
Я отвела ее в переулок, положила ей на руки ребенка и выслушала историю, банальную, конечно. Её соблазнили и бросили, она родила, а семья выкинула ее на улицу без единого су. Тут в свою очередь заплакала я. Она была так молода. Ей не было еще девятнадцати лет! Такая худенькая, такая маленькая. Я сказала ей: "Подождите меня здесь". Поднялась в свою уборную, заполнила чек, бегом спустилась вниз и сунула ей в руку.
Я сказала: "Никогда не отчаивайтесь. Если вам что-нибудь понадобится, нажмите звонок у моих дверей. Вам откроют, и мой дом будет вашим".
Она взглянула на чек — миллион!
Я только услышала: "О, мадам! Мадам... " И она пустилась бежать.
Через два года она мне написала, что вышла замуж. Свою дочь назвала Эдит. В конверте был маленький медальон-амулет – с единственным выгравированным словом: "Спасибо". Этот медальон всегда при мне.
Эту историю рассказывают многие, и в ней звучат разные фамилии. Режиссер Леонид Трауберг рассказывал так: Алексей Денисович Дикий однажды обиделся на Никиту Богословского, который накануне его разыграл. У Богословского вообще было много жертв розыгрыша, которые мечтали ему отомстить при удобном случае, а удалось это только Алексею Дикому. Придумал он вот что. Однажды хорошенько напоил композитора, а когда тот мирно уснул, его погрузили в легковую машину, отвезли в аэропорт и отправили в Новосибирск. Следом в Новосибирское отделение Союза композиторов дали срочную телеграмму за подписью известного чиновника МВД о том, что в городе может появиться аферист, который, пользуясь феноменальным внешним сходством с известным советским композитором Никитой Богословским, ходит по учреждениям, и выпрашивает от его имени крупные суммы денег, якобы на билет на самолет...
Проснувшись во время долгого перелета, Богословский понял, что над ним жестоко подшутили. Он, конечно, попытался мобилизовать свое чувство юмора, и, немного успокоившись, сразу после посадки самолета отправился в местный Союз композиторов. Он зашел в кабинет председателя Союза, и не успел назвать себя, как тот ухмыльнулся и нажал кнопку на столе. Тут же появился наряд милиции, на ошеломленного Богословского надели наручники и увезли в отделение милиции, где композитор просидел целые сутки, пока все не разъяснилось.
Еврейская семья Карнофски, иммигрировавшая из Литвы в США, пожалела 7-летнего мальчика и привела его в свой дом. Изначально ему была дана работа по дому, чтобы накормить этого голодного ребенка.
Там он остался и ночевал в этом еврейском семейном доме, где впервые в жизни к нему относились с добротой и нежностью.
Когда он ложился спать, миссис Карновски пела ему русскую колыбельную, которую он пел вместе с ней.
Позже он научился петь и играть несколько русских и еврейских песен. Со временем этот мальчик стал приемным сыном этой семьи.
Карнофски дали ему денег на покупку его первого музыкального инструмента, как это было принято в еврейских семьях. Они искренне восхищались его музыкальным талантом.
Позже, когда он стал профессиональным музыкантом и композитором, он использовал эти еврейские мелодии в таких композициях, как «Больница Святого Иакова» и «Иди вниз, Моисей». Звали его - Луи Армстронг.
Звали его - Луи Армстронг.
Это Хильда. Ей около 60 лет. У неё почти нет зубов. И она жила 2000 лет назад в Шотландии.
По меркам железного века она прожила невероятно долгую жизнь: большинство женщин тогда умирали примерно к 30–35 годам.
Самый важный факт: она почти полностью потеряла зубы. В дикой, жестокой древности это был бы приговор. Но Хильда не умерла от голода. Значит, её кормили мягкой пищей, за ней ухаживали, о ней заботились годами. Это не случайная помощь — это системная поддержка.
Учёные считают, что она могла быть старейшиной, целительницей или хранительницей знаний. В кельтских обществах пожилых женщин не списывали со счетов — их уважали. Возраст был не слабостью, а статусом.
Реконструкция лица поражает сильнее любых цифр: добрые морщины, спокойный взгляд, мягкая улыбка. Она выглядит так, будто сейчас предложит вам горячий суп или начнёт рассказывать историю из своей молодости.
И Хильда не исключение. Археология знает десятки случаев, когда древние общества годами ухаживали за больными, инвалидами и стариками — ещё задолго до медицины, религий и социальных институтов.
Вывод простой: сочувствие, забота и уважение к слабым — не изобретение цивилизации. Это базовая человеческая настройка, которой уже сотни тысяч лет. Иногда прошлое оказывается не жестче нас — а человечнее.
Иногда прошлое оказывается не жестче нас — а человечнее.
Однажды тёплым летним вечером Екатерина II сидела на скамейке в царскосельском парке вместе с любимой камер-юнгфрау и сердечной подругой Марьей Саввишной Перекусихиной. Дамы, прожившие бок о бок без малого тридцать лет и понимавшие друг друга с полуслова, тихо беседовали. Внимание Екатерины привлёк одетый по моде молодой человек, который, мельком взглянув на дам, прошёл мимо, не поклонившись и не сняв шляпы.
- Экий шалун! - возмутилась раскрасневшаяся от гнева императрица.
- Он не узнал вас, матушка, - поспешила успокоить её Перекусихина.
- Конечно, не узнал, - согласилась Екатерина. - Я не об этом говорю. Одеты мы с тобой порядочно, даже щеголевато - он был обязан нам, как дамам, уважение выказать.
И, помолчав, добавила с озорной улыбкой:
- Видно, устарели мы с тобой, Марья Саввишна! Когда бы были помоложе, непременно бы поклонился!
Гроссмейстер Арман Пашикян тренировал женскую сборную Узбекистана по шахматам. Однажды на занятии он решил показать ученицам несколько моих партий и композиций. В критические моменты предлагал им самостоятельно найти верное решение. Как правило, это были неочевидные тактические удары или какие-то оригинальные манёвры. В одной из позиций необходимо было осуществить жертву ладьи и сразу за ней — ферзя. Подопечные не справлялись. Тогда Арман сказал:
— Партию играет Наданян. У него неординарный стиль игры, а значит, надо искать что-то необычное. Не бойтесь ставить фигуры под удар. Рассматривайте ходы, которые выглядят хуже всех.
После этих слов решение сразу было найдено.
Арман расставил другую позицию. Ещё более сложную. Там кроме жертв надо было найти малоприметный тихий ход.
— Не забывайте, что это Наданян, — предупредил тренер.
Одна из учениц, смышлённая одиннадцатилетняя девочка, спросила: — Значит, надо смотреть тупые ходы?
— Значит, надо смотреть тупые ходы?
КУПЕЧЕСКИЕ ЗАМАШКИ
В тридцатые годы прошлого века артистам в советском кино почему-то менее всего удавались роли аристократов. То ли режиссёры заставляли их кривляться и манерничать, то ли сами они относились к этому классу с иронией. Но чаще всего получался пародийный гротеск. То же самое происходило с ролями священников, купцов и нэпманов. Однажды Петру Алейникову пришлось играть купца, и образ у него выходил какой-то слишком картинный. Вдобавок падал с головы цилиндр. Наконец партнёру это надоело, и он заметил:
- Ты, Пётр, раз уж цилиндр валится с твоей башки, хоть бы поднял его красиво и элегантно...
На что Алейников раздражённо возразил:
- Да пёс с ним, с цилиндром этим! Пускай валяется. Вовсе я не должен его поднимать. Я купца играю, богача, у него цилиндров этих - завались. Не будет он всё время нагибаться и кланяться перед каждым своим упавшим цилиндром...
В 1984 г. Стив МакКарри попал в лагерь афганских беженцев в Пакистане, где ему разрешили фотографировать в школе для девочек. Фотограф потом вспоминал, что сразу ее заметил, но подошел к ней в последнюю очередь. Девочка разрешила себя сфотографировать, а спросить ее имя Стив и не подумал. Он тогда и не предполагал, что именно это фото будет чем-то
Судьба самой девушки долгое время оставалась неизвестной, сам Маккарри больше не встречал ее во время своих поездок в Афганистан.
Наконец в 2002 году National Geographic организовал экспедицию на поиск "девушки с зелеными глазами", ее фото показыаали местным, пока один из них узнал ее и пообещал привести в лагерь, она жила в горах и пришла только через 3 дня. Стив сразу узнал ее, это была ОНА, в отличие от других женщин на которых указывали местные, посмотрев на фотографию зеленоглазой девочки.
Выяснилось что зовут ее Шарбат Гула (Цветочный нектар в переводе), в это время ей было 28-31 год, точнее она и сама не могла определить свой возраст, родители ее погибли, а сама она оказалась в лагере беженцев в Пакистане, где ее и встретил первый раз Маккарри, лет ей тогда было 11-14. Вскоре после этого девушка вышла замуж, родила 4-х дочек, одна из которых умерла младенцем, муж работал в хлебопекарне, зарабатывая меньше 1$ в день.
Группа National Geographic оказала ее мужу и детям необходимую медицинскую помощь, а также купили по просьбе Шарбат швейную машинку, потому что она хотела чтобы ее дочери освоили какое-то ремесло.
Шарбат Гула разрешила сделать еще несколько ее фотографий, которые также были напечатаны National Geogpraphic и обошли весь мир, при фотосессии присутствовали ее муж и брат, сама женщина не разделяла восторга от своего детского фото и, вообще, не могла понять, что чужеземцы в нем нашли.
Вторая фотосессия давалась ей нелегко, ведь надо было позировать постороннему мужчине, общаться с ним. Ну, возможно, швейная машинка стала достойным вознаграждением за все это, хотя с доходами National Geographic от продажи образа "Afghan Girl" стоимость этой машинки не идет ни в какое сравнение...
В 2003 году Майкл Джексон признался, что его мечта - сходить в супермаркет и набрать полную корзину продуктов, как обычный человек. Джексон, будучи звездой с детства, не имел опыта жизни в обществе, среди людей и повседневных забот. Услышав это, приятель Джексона, владелец сети магазинов, предложил певцу закрыть один из супермаркетов, чтобы тот мог исполнить свою мечту. Помимо Майкла, в запертом магазине также были сотрудники и люди, изображавшие покупателей, чтобы создать иллюзию «обычной жизни».
Однажды председателю Союза писателей Александру Фадееву доложили, что пришла какая-то старуха, просит ее принять, говорит, что она стихи пишет. Фадеев велел ее впустить. Войдя в кабинет, посетительница, села, положила на колени котомку, которую держала в руках, и сказала:
— Жить тяжело, Александр Александрович,
Фадеев не знал как быть:
— Вы действительно стихи пишите?
— Писала, печатали когда-то.
— Ну, хорошо, — сказал он, чтобы закончить разговор, — прочтите что-нибудь.
Она посмотрела на него и слабым голосом стала читать:
В лесу родилась ёлочка,
В лесу она росла.
Зимой и летом стройная,
Зеленая была.
— Так это вы написали, — воскликнул изумленный Фадеев.
По его распоряжению посетительницу немедленно оформили в Союз писателей и оказали помощь.
Раиса Адамовна Кудашева (так звали старушку) прожила долгую жизнь. Урожденная княжна Гидройц, в юности она служила гувернанткой у князя Кудашева, позже вышла за него замуж. Работала учителем, в советское время библиотекарем. Печаталась в молодости в детских журналах. В 1905 г. ее «Елка» попалась на глаза агроному и любителю музыки Леониду Карловичу Бекману. Рождение песни произошло 17 окт. 1905 г.
Заслуженная слава настигла Раису Адамовну лишь в пятидесятые годы прошлого века, когда она дала два интервью, опубликованные в «Вечерней Москве» и «Огоньке». Правда, встретила она все это спокойно, поскольку никогда не хотела привлекать к себе внимание. «Я не хотела быть известной, но и не писать не могла», – писала одной из своих подруг. Автора музыки к этому времени уже не было в живых.
У известных людей репортёры часто берут интервью. Часто их подготовка оставляет желать лучшего. Однажды к Константину Райкину пришла молодая журналистка из светского журнала – спустя несколько секунд выяснилось, что она, как говорится, не в материале. От слова совсем. В худруке «Сатирикона» взыграла педагогическая жилка – он предложил журналистке хорошенько подготовиться к интервью, почитать прессу, посмотреть спектакли театра.
Журналистка позвонила через месяц и доложила о завершении ликбеза. Педагогический талант Кости торжествовал. Была назначена новая встреча. Чай, диктофон на столе.
– Ну, – сказала журналистка, – первый вопрос, Константин... Простите, как вас по отчеству?
