|
|
|
В студенческой общаге, увидел африканца, который что-то жарил на общей кухне. Запах приятный, и диалог примерно такой:
- Что жаришь?
- Бананы.
- (с недоумением) ... а зачем их жарить?
- А что я, обезьяна, бананы сырыми есть!!!
* * *
- Новый семестр начался неплохо. Новая дисциплина, новый препод. Все бы ничего, если бы он организационные вопросы не закончил фразой: "И запомните - пока вы меня не трогаете - я добрый и мягкий, но если зацепите - стану твердым и стойким".
Даже не знаю, как его теперь одним словом описать.
* * *
DoZa: а мне в универе отказались заверять справку (реальную!!! ) мотивировав это тем, что я ее купил (справка из частной клиники) и заверяют они только справки из районных поликлиник!
В итоге мне приходится покупать фальшивую справку, чтобы закрыть реальную болезнь. Дурдом.
* * *
- Сегодня испачкала джинсы чернилом от ручки, кофе и какой-то черной хренью : (
- Ты знаешь, черная хрень - это самая распространенная материя во вселенной...
* * *
З0 апреля. Учитель математики, седьмым уроком, назначил 9 Б классу контрольную работу. Класс недоволен, но предупреждены они были заранее.
Поэтому достали листочки, и математик собрался зачитывать задание. Как вдруг, легкое журчание в его животе, появившиеся минут десять назад, переросло в настоящий водоворот. Внутренности скрутило и препод понял, что если он сейчас же не рванет в сортир, то позора не избежать.
Уже в туалете, проанализировав ситуацию, он понял, что стал жертвой диверсии. Видимо ему подсыпали слабительного в термосок с чаем, который всегда стоял на его столе, дабы сорвать мероприятие. Но не вышло.
Контрольную, с трудом (5 раз отлучался) он все-таки провел. И три дня майских выходных, вычислял своих отравителей. Это была долгая, нудная и кропотливая работа. Но к концу праздников, он уже знал, кто эти поганцы.
Придя в школу, первым делом он взял журнал 9 Б и поставил двойки
Скворцову и Мухину за контрольную. Затем вывел им двойки за еще не закончившуюся четверть, а затем и за год. К этому моменту подтянулись коллеги, начальство. Он сообщил директору, что хочет срочно провести педсовет. Обсудить, опасное для здоровья педагогического коллектива, поведение Скворцова и Мухина, с возможным исключением их из школы. Также поведал, что вывел им по математики двойки за четверть и за год. Народ удивился: с чего бы это? Но расспросить подробностей не успел. Появился географ и сходу выдал: «Друзья, что за пирожками нас угостили тут, в педкобинете, перед праздниками. Я ели до дома добежать успел, и целый час провел сидя совсем не у телевизора? ». «Да, да, и с нами произошло то же самое» - подтвердили все в один голос. Директор, сам из пострадавших, сочувственно обращаясь к математику: «Мы-то разошлись, а вы как перенесли это дело, да еще во время контрольной? ». Математик, находясь явно в замешательстве, вертя в руках журнал 9Б, извиняюще забормотал: «Знаете, я хочу отменить педсовет. И это. . как мне теперь исправить ребятам двойки в журнале? ».
Тут всем и стало ясно. Что математик пережил на контрольной, и что ему, в связи с этим, пришло в голову. Повеселились.
* * *
Студенты медицинского вуза очень любят пошутить)
Мой друг, главный наш шутник, стащил на кафедре дерматовенерологии бланки для заполнения на анализ мазка... . ну, вы понимаете откуда...
Подходит ко мне перед лекцией, с траурным видом подает листок: "Тут тебе ответы на анализы пришли"... Меня чуть удар не хватил, тогда, еще не знала о том, что он эти бланки свиснул... Смотрю: хламидии, трихомонады всякие - везде положительно... . Постепенно здравый смысл взял верх, понимаю, что никакие анализы я не сдавала... но ржало уже полкурса, а друган получил от меня солидную порцию матюгов... Почерк у него самый что ни на есть врачебный, хорошо все заполнил и подпись поставил...
Так бы и закончилась эта история, если бы мама вечером не нашла у меня в джинсах этот листок, когда собралась стирать. Долго отпаивала ее валерианкой и объясняла, что это всего лишь шутка...
* * *
Когда мой батя ещё в советское время проходил практику на заводе "БелАЗ", был у него в группе один казах. Толковый парниша, но тормознутый слегка.
Думали, что бы ему дать для работы, чтобы не напортил ничего студент стрёмный придумали: крепить буквы "БЕЛАЗ" на решётку радиатора. Вроде зафейлить никак нельзя.
Примерно через час поперёк цеха с душераздирающим криком пробежал мастер участка. Было из за чего: с конвейера гордо сходила партия машин, на лице которых красовалась надпись "ЕБЛАЗ"!
* * *
Отмечали в отделе юбилей Виктор Петровича, скромного труженика на еще оставшихся кочках российской электроники. Когда тепло от пожеланий и тостов уже наполнило собравшихся и глаза их заблестели, настала пора баек и приколов из пролетевшей жизни. Было и от Виктор Петровича, или просто Вити, если соотнести его со временем байки.
В молодости, лет тридцать назад, полный азарта и интереса к своему делу, он успешно учился в аспирантуре, но уже обзавелся семьей. И в бригаде таких же аспирантов и кандидатов наук летом ездил по северам, строя и зарабатывая, чтобы зимой на заработанное жить и творить. Это называлось
“ездить на шабашки”, если кто не знает. Пахали на этих шабашках весь световой летний северный день, как крестьяне в страду, когда “день год кормит”.
Строили они как-то дорогу. Щебень для нее возили из огромной кучи, наваленной на ближайшей станции. Витя с напарником лопатами загружали в подъезжающие машины щебень в темпе “бери больше, кидай дальше, пока летит - отдыхай”. Невдалеке рылись в той же куче щебня корейцы.
Большинство русского языка не знало, но толмач (кореец, кое-как по-русски говорящий) объяснил, что они из КНДР (Северной Кореи). Почему или по какому хозяйственно-военному договору-обмену они у нас обретались, Витя не понял, да и не важно.
Работали корейцы как корейцы, то есть спин не разгибая, но наши им не уступали. Или даже наоборот. Витя как–то, пока машин не было, спустился к водопроводной колонке лицо ополоснуть. Толмач наполнял водой ведро. Он, взглянув на Витю, уступая место у водопоя, покачал головой и сказал сочувственно, как умудренный брат младшему неслуху:
” Что тьяжело? ... Тьяжело! Воот ведьь, учиться надо было! ”
Виктор Петрович рассказал эту байку последний раз лет пятнадцать тому назад, потому что теперь засмеялись только те, кто, скажем так, помнил песню Пахмутовой “Яростный стройотряд”. Юная Нина, новый конструктор, спросила, правильно ли она поняла, что они работали летом “как, …, ну как таджики сейчас”, и на этот летний заработок можно было потом весь год, ну, просто ничего не делать?
Виктор Петрович вздохнул, кивнул и больше ничего не рассказывал.
Он вспомнил сегодняшнее утро, седого таджика в бригаде гастарбайтеров, ломами ворочавших блоки поребрика перед проходной института. Он случайно встретился с ним взглядом, и они почему-то кивнули друг другу. Виктор
Петрович теперь знал почему: Они были из одной пропавшей страны, из одной общей молодости и, оба знали одно, и тоже их общее:
Меняем реки, страны, города...
Иные двери... Новые года...
И никуда нам от себя не деться,
А если деться - только в никуда.
* * *
Не мое. Тесть в 195… писал. Уже и не спросишь, в каком точно году.
Светлая тебе память - Данилов Михаил Иванович. Геолог Милостью Божией. В записках нашли.
«Заварка». (Перепечатываю все до точки, почерк очень даже читаемый).
«После окончания института мы с другом попали по распределению на работу в Читинское геологическое управление, где нас направили работать буровыми мастерами в село Унда, что вблизи от рудника Балей, где пришлось вести разведку рудного золота. Участок наш только организовался, жилья не было, и мы устроились на квартиру к бабке. Был август 1958 года. (ВОТ ОНА ДАТА! НО Я НЕ СОВРАЛ – Я, ЖЕ НЕ ЗНАЮ В КАКОМ ГОДУ ТЕСТЬ ПИСАЛ…) К бабке привезли внука Кольку в связи с какими-то неурядицами у его родителей. Колька должен был пойти во второй класс.
Бабушка, обеспокоенная таким обстоятельствами просит нас:
- Ребята, вы вроде грамотные люди, проверьте, как Колька знает грамоту, а то его здешняя учительница говорит, что у него плохой аттестат и как не пришлось бы его снова в первый класс.
К счастью нашелся букварь, и я приступил к реабилитации недоросля. На поверку оказалось, что он напрочь забыл не только чтение, но и почти все буквы. Пришлось начинать с буквы
«А».
Колька оказался пацаном сообразительным и, ориентируясь по картинкам, через неделю хоть и по буквам, но начал читать.
И вот попроведовать Кольку приехала его мать. Бабушка конечно рассказала ей о проблеме. Мать начала нас благодарить, а я решил похвастать успехами Кольки и конечно своими. Я взял в руки со стола первый попавшийся предмет – пачку чая и говорю: «Ну-ка, Коля, покажем маме, что мы умеем».
Колька читает крупные буквы «- Ч, А, И».
Мать спрашивает: «А как будет вместе? ».
Колька бойко отвечает: - «ЗАВАРКА»
* * *
Рассказал муж - преподаватель института иностранных языков.
Сессия. Студенты сдают экзамен по зарубежной литературе. Экзаменатор - Марченко ТАТЬЯНА Михайловна (ТМ), доктор филологических наук, завкафедрой зарубежной литературы. А еще в институте есть Марченко Галина Владимировна, завкафедрой педагогики. Они, естественно, просто однофамилицы. Раньше работали на одном факультете.
Итак, экзамен. Студентка (С)ответила уже на два вопроса. Третий вопрос - "Евгений Онегин". Студентка молчит и, типа, ковыряется в памяти.
ТМ: - Ну, о чем же это произведение?
С: - Ой, вы знаете, я так давно его читала...
ТМ: - Ну, давайте вспоминать. О какой эпохе идет речь в произведении?
С: - Ой, я очень давно читала, трудно вспомнить.
ТМ: - А кто главный герой поэмы?
С: - Евгений Онегин.
ТМ: - Замечательно. А кого любил Онегин?
С: - Женщину.
ТМ: - Чудесно. А, может быть, вы вспомните, как ее звали?
С: - Ой, вы знаете, я очень давно читала поэму.
ТМ: - Ну все же... Вспоминайте.
С: - Ой, ну я так давно читала, что не могу вспомнить.
Татьяна Михайловна: - Ну, постарайтесь. Вот посмотрите на меня. Посмотрите и скажите, как же звали женщину Онегина?
Студентка (радостно)- А! Галина Владимировна!
Шок. Занавес.
P. S Студентке вкатили "тройбан" с учетом ответов на первые два вопроса. По-моему, многовато.
* * *
| << | [47] [48] [49] [50] [51] (52) |
(c) anekdotov.net
