Женские истории #магазин

в магазин, взяли пятилитровик(студентческий стандарт), вспомнили что надо будет обсудить детали намечающегося субботнего выхода загород, взяли еще пятилитровик(ну чтоб обсудить и сделать правильные выводы). но только вышли мы из магаза, как пошел дождь. Дисскусия на свежем воздухе отменялась, да и все наше собрание накрывалось медным тазом- все жили на разных концах города, но если студент, после жарких баталий с преподами, решил дернуть пивка, его не остановит даже война, даже ядерная. Немного покумекав решили пойти в ближайший подъезд, домофоны уже были, но невезде. Нашли подходящий подъезд, устроились на площадке между втором и третьим этажами. Стояли культурно- пиво на пол не лили, не орали и некурили. Стояли часа полтора, за это время прошло несколько жильцов, пытались что-то сказать, но мы уверяли что все будет хорошо и они нам верили.

И вот когда второй пятилитровик подходил к середине Саня посмотрел в окно и увидел там милицейский бобик, из него вышли три милиционера и направились в наш подъезд. Все. Штирлиц еще никогда небыл так близок к провалу. Если заметут прощай институт. Мозг сообразил сразу у всех пятерых-бежать на верх, там чердак, может спасемся! И мы побежали, с пивом. В это время сотрудники доблестного мвд зашли в подъезд, услышали топотсстада кабонов и понеслись за нами. На шестом этаже меня подвело равновесие и пиво, я падаю. Друзья бегут дальше. Отряд незаметил потери бойца. Время упущено. Надо что-то делать. Мозг, который в том самом месте, орет: звони в дверь. Идея показалась хорошей. Звоню в первую попавшуюся дверь, мне на удивление быстро открывают, а на пороге стоит такая хорошенькая девушка. Мозг сообщает что девочка класс, а особенно сиськи. Соглашаюсь, но времени мало, вот уже и милиционеры на лестнице появились. И тут я отдался фантазии своего мозга. Я падаю на колени и на весь подъезд "Света, прости козла!!! ". Удивилась девушка, удивились менты, а я просто ох. ел, даже услышал голос Станиславского: верю!!! верю е[ж]твою!!! Тут милиционеры отходят от шока, показывают на меня и спрашивают у девушки "Эт ваше? " Она думает секунды три(говорят в такие моменты вся жизнь перед глазами, фигня, я уже видел недалекое армейское будущее), а девочка подходит ко мне, прижимает мою голову к своему животу(я же все еще на коленях стою) и говорит "Конечно мое. Чье еще-то"

Менты что-то буркнули и побежали ловить моих друзей. Девушка пригласила меня на чай, где я и поведал первую часть этой истории.

PS друзья всетаки смотались через чердак. А "Света" оказалась Леной, но это уже другая история

batoshik

в своей комнатушке будет только спать и переодеваться. Ну, может, "отправлять половые потребности", как называла ceкс [бах]нутая на всю башку и писю Саша Коллонтай. Она же утверждала, что это все, как стакан воды выпить. То есть если пролетарий просит пролетарку дать, то не фиг делать трагедии, нагибайся - понеслось. Нужду половую справили - все довольны. А детей коммуной воспитаем.

Гражданин должен был мыться в общественной бане (подвал второго подъезда), питаться в общественной столовой (первый этаж шестого подъезда) вкусной и здоровой пищей, приготовленной дежурными жильцами в общественной кухне (первый этаж пятого подъезда). А после ужина здоровый и сытый коммунар должен был идти с прочими коммунарами и коммунарками в общественную читальню изучать труды Основоположников и публично обсуждать оные в общественных дискуссиях. За личный примус и мещанство в виде обережения собственной жены от посягательств желающих половой потребности пролетариев - публично порицали на общем собрании.

Такие дома быстро превратились в обычные коммуналки. Концепция сдохла в середине тридцатых. Говорят, с подачи НКВД (так до 1944 называлось МВД). Постоянная необходимость наблюдать одни и те же рожи на работе и дома привела к повышенной нервозности обитателей коммун и, как следствие, к резкому увеличению числа бытовых убийств и банальных драк на почве ревности в таких объединениях. К тому же граждане быстро поругались на почве того, кому сегодня дежурить по бане, далеко не все умели варить вкусные щи, а уж про диспуты и говорить нечего - кто это посмеет сказать, что Ленин в своем "Эмпикриционизме" неправ? На Соловки его, вражину!

Бани и прачечные закрыли, в столовою вселили магазин "Продукты" № 11, библиотеку разбили на комнатушки, куда поселили тех, чьи комнаты перестроили в кухни.

После войны дом расселили, откапиталили, заселили заново, еще раз расселили в восьмидесятые, разбили коммуналки на отдельные квартиры и пустили туда новых страждущих многоквартирного уюта. Но кое-что от коммуны дом сохранил. Спрятал и сохранил.

Слесарь-сантехник (пусть будет Вова) приходит по вызову на первый этаж четвертого подъезда. В квартире поддатый мужик и наглухо забитый унитаз. Володька пробует тросом - авотхренвам - фаянс надо снимать. Пока слесарь мудохался с унитазом, хозяин продолжал отмечать отсутствие жены до вечера. Когда Вова вышел из туалета, дядя уже был в самое главное содержимое канализации. Фокус заключался в том, что дверь за Вовой хозяин запер на ключ и ключ спустил в барсетку. Заветная вещь оказалась под брюхом храпящего в беспамятстве алкаша.

Попытка разбудить мужика привела к расквашеному носу - отмахнулся урод резко и метко. Вова мстительно проставил в квитанции тройную сумму, положил листок на полочку к явно женским флаконам - баба найдет - и направился в ванную. Окон в ванных там нет, зато есть люк. Такие люка образовывали когда-то шахты через весь дом - в них проходила вертикальная пожарная лестница. После переустройства они оказались где на кухнях, где в ванных, где в комнатах. Многие из них, естественно, заложили, но на первых этажах хитрый народец оставлял возможность юзать подвал для личных нужд.

В соседнем подъезде на первом в квартире ремонт - работяги там, выпустят. Вова спрыгнул в подвал, повязал головной платок-арафатку...

Тут, граждане, поясню. Подвалы полны разной живностью, сколько ни трави. Чтобы эти сволочи не лезли за шиворот, кто-то наглухо застегивает воротник и носит кепку, а кто-то применяет головные повязки. Арафатка - хорошая штука - защищает роскошную гриву и прикрывает шею с плечами вместе. И шьется быстро. Из любой подходящей старой наволочки. Обладатель седой львиной гривы Вова шил арафатки за полчаса. Старая истрепалась - в помойку её и новую. Его и прозвали в свое время - Арафат. Вова-Арафат.

Люк поддался легко. Вова шагнул в коридор, дивясь - как быстро ванную-то ребята отделали и дверь уже навесили, молодцы! Но вместо удивленного матерка сантехник чуть не обоссался от дикого визга. Бабка, закладывающая белье в стиралку, никак не ожидала, что из ванной полезет что-то в черном с пятнами и арабском платке - АААААА! ИГИЛ! Террористы в доме! ! Телевизор нагнетает, понимаете ли.

Старуха метнулась в комнату и защелкнулась на щеколду, а Володька рванул к входной двери, сообразив, что ошибся направлением и сейчас не в третьем подъезде, а в пятом. Но не тут-то было. Эта дверь тоже запиралась на ключ изнутри. Между тем бабка орала в комнате "Але! Милициииияяя! У меня тут террорист в квартире! " Вова лихорадочно осмотрелся в поисках ключа - нету. Между тем, судя по звукам из комнаты, бравые парни приняли вызов и сейчас от ГУВД должен был уже отъезжать козлик с люстрой.

Володя сообразил, что его ждет гнилой базар до поздней ночи и кинулся к спасительному люку. Через окошко над дверью за ним следили бдительные глаза в толстых очках.

Пролетев меж труб, как заяц по бурелому, сантехник все-таки попал в искомую хату, получил по [дол]бальнику ведром за легкий испуг штукатурщицы - та тоже не ждала, что из крохотной глухой кладовки в веере летящего во все стороны барахла выскочит сумасшедший мужик в спецовке.

Следующий тур балета Володя наблюдал с противоположной стороны улицы, избавившись от улики - арафатки.

Сначала у подъезда отормозился бело-синий козлик с противно визжащей сиреной. Из машины в дом рванули трое ребят с автоматами. На угол аккуратно вылез заштореный ПАЗ с синими номерами.

"О [м]ля. Вот бы щас огреб! " - мелькнуло в башке у Вовы. Он тихо ретировался в глубину двора, зная как битая морда притягивает ментов, сел на лавочку и занялся удалением следов побоев с фейса.

Через пятнадцать минут один из ментов вышел, махнул автобусу и встал у подъезда. ПАЗик отравил пол-улицы выхлопом и прекратил облагораживать пейзаж своим видом. Зато на сцене появилась новая группа - подкатила скорая.

"Инфаркт?! " - ужаснулся Володя, сдерживая благородное рвение подойти и сознаться в непредумышленном убийстве.

Но когда два крепких парня выводили бабку, та была живее дедушки Ленина и орала на всю улицу, что в округе спрятался целый полк ИГИЛа и надо срочно вызывать самолеты бомбить город.

Санитары засунули жертву пропаганды в машину и захлопнули дверцы. Скорая отвалила в сторону психдиспансера, а Вова дворами помчался в контору, пока его битая морда не привлекла внимания ментов.

Через пару дней в РЭУ зашел участковый, покосился на вовкины синяки, поговорил с начальником участка и свалил. Вова получил устный выговор без последствий и новую кличку - Террорист.

– и всё реже вытираю пыль.

На даче я часами могу сидеть на крыльце и наслаждаться видом – мне теперь плевать, что на грядке сорняки.

Я всё ещё работаю, но никому не советую тратить на это слишком много времени- время с семьёй намного важнее…

Жизнью надо наслаждаться, а не просто «терпеть» её.

Удивительно, каким ясным стало моё мышление сейчас, когда уже ничего не исправить…

Я больше не пытаюсь сэкономить во время каждой покупки.

Все самые красивые скатерти, простыни и сервизы я стала использовать каждый день, а не только по «особому случаю».

Когда иду в магазин за продуктами, надеваю всё самое красивое.

Заметила, что когда хорошо выглядишь, гораздо легче расставаться с деньгами.

Я поняла, что не надо ждать «особого случая», чтобы воспользоваться самыми любимыми и дорогими духами. Такое удивительное чувство: благоухать, когда идёшь в банк или ко врачу.

Меня больше не злят все те мелочи, которые так часто портили мне настроение раньше: незаконченные домашние дела, неприветливые кассиры в супермаркете или протекающий бачок в уборной.

В моей жизни больше никаких «на следующей неделе» или «Когда-нибудь».

Всё самое интересное я делаю прямо сейчас.

Каждое утро я спрашиваю себя: «А что бы я сегодня делала, если бы точно знала, что завтра уже не проснусь? ». Это отрезвляет.

Если бы я узнала, что мои дни сочтены, я бы разозлилась. Я бы разозлилась, что мало говорила мужу, как сильно я его ценю. Я бы разозлилась, что не написала письма, которые собиралась написать.

Я теперь чаще звоню детям и стараюсь при каждом удобном случае извиниться за что-то в разговоре с подругами.

Я стараюсь радоваться каждой мелочи, как ребёнок, чаще говорить людям, как я им благодарна, да и просто хвалить то, что мне в них нравится.

Годы, которые каждому из нас остались – это подарок, а не что-то, что якобы у тебя ещё «есть».

Никто ничего нам не гарантировал, даже завтрашний день. Никто нам ничего не должен. Каждый шаг — это только наш выбор.

И каждое утро, открывая глаза, я говорю себе, что сегодня — особенный день. Каждый день, каждая минута, каждый вдох — это настоящий подарок от Бога.

Возможно, наша жизнь — это не та песня, которую мы бы хотели услышать. Но пока мы здесь, мы всё ещё можем танцевать".

"Любите себя и цените каждый миг своей жизни!

Вы украшаете этот мир собою! "