Женские истории #женщина

на углу Некрасова и Маяковского, с его малокровным сквериком и гранитной головой трибуна революции, на которой голуби крутят шуры-муры. Поэт очень неосторожно поступил, описав ландшафт вокруг своих будущих изваяний. Сила художественного слова такова, что все сбылось. И сквер, "где харкает туберкулез, где [м]лядь с хулиганом да сифилис", действительно отличается специфической публикой. Все алкаши и маргиналы окрестностей собираются именно там. Хотя до БТК и впрямь рукой подать. Короче, я живо вообразила обычный для сквера тусняк и малодушно усомнилась:

- Однако... там как бы... ну... Может, где-нибудь в другом месте?

Но Наташа подняла бровь:

- Ерунда. Там совсем рядом, удобно добираться. Мы же только встретимся и сразу уйдем.

... К назначенному времени я, как всегда соблазнившись парой непредусмотренных дворов, немного опоздала. По обыкновению точная Наташа, не обнаружив меня на месте, достала сигарету и закурила. Огляделась. Скамейки были предсказуемо заняты сине-лиловым контингентом, обсуждавшим насущное. Усмотрев свободное место на ближайшей, она вежливо осведомилась:

- Вы не будете против, если я здесь сяду?

Мужики подняли головы, включились в реальность и обомлели.

Тут надо оговориться, что Наташа - самая стильная женщина Петербурга, всегда и при любых обстоятельствах. Это не комплимент, а данность. Можно сказать, титул. Я-то уже привыкла. Но обитатели сквера были к такому явлению не готовы. Наконец один из них вскочил и сделал пригласительный жест:

- Конечно! Но мы здесь... мы здесь иногда... материмся...

- А вы не материтесь, - великодушно разрешила Наташа и опустилась на скамейку.

Пока я шарилась по дворам, в сквере разворачивались бурные события. Один из бомжей решился на флирт. Флиртовал он довольно активно. Меня все не было. Наташа слегка встревожилась и пересела на другую скамейку.

- Он к вам что, пристает? - возмутился сосед. - Не беспокойтесь, я буду вас охранять!

Нахал оспорил его намерения. В какой-то момент защитник Наташи надменно сказал:

- Я бы бросил в тебя перчатку! Но ее нет. - Подумал и находчиво закончил: - Поэтому могу бросить носок.

... Наконец я озабоченно притрусила к Маяковскому и принялась шарить глазами по сторонам. Вокруг расположился непривычно тихий и чинный контингент. На центральной скамейке, закинув ногу на ногу и покачивая бежевой туфелькой на шпильке, сидела великолепная Наташа и светски курила. Справа от нее блаженно моргал мужик с фингалом. Остальные моргали в некотором отдалении.

- Привет! - сказала я. - Ну что, идем?

Наташа неспешно погасила сигарету и поднялась со скамейки. Мужик с фингалом потянулся следом как приклеенный и разочарованно воскликнул:

- Как! Вы уже уходите?!

- Красивая женщина, правда? - не удержалась я.

- Ооочень! - выдохнул он. - Вы приходите! Приходите еще!

много продуктов: пакет получился большой и тяжелый. А я не люблю брать тележку, и когда руки у меня заполняются, я несу продукты на кассу самообслуживания, кладу и иду за следующей партией, ну а потом все пробиваю, соответственно, кладу в пакет и ухожу. Все всегда по стандартной схеме. Так было и на этот раз.

Прошло три дня, и я снова пошла в этот магазин, кассы самообслуживания были заняты, и я подошла на кассу с продавцом. Продавец очень странно на меня посмотрела, сказала: «Минуточку! » и скрылась в подсобке. Вышла она оттуда с директором магазина, которая сразу взяла меня под локоть и доверительно шепнула на ухо: «Полицию вызывать будем или сами разберемся? ». К такому жизнь меня не готовила и я немного зависла. В голове пронеслось очень много идей, но все они ситуацию никак не объясняли. Видя мой ступор директор магазина продолжила: «Вы ведь были у нас 7 сентября? ». Я посчитала и ответила: «Да, была, а что происходит-то? ». Ко мне вернулся дар речи и боевой настрой!

- Вы не оплатили покупку!

- А еще что я не оплатила? - я была поражена подобными наветами: меня, честную женщину, подозревают непонятно в чем!

- Ну возможно, какие-то еще покупки в других магазинах, но меня интересует наш, - директор была, абсолютно серьезна.

- Вы меня с кем-то перепутали, - настаивала я.

- Нет, - сказала директор, открыла планшет и показала мне «кино». Я ходила по магазину и методично сносила товары на кассу, как хорошая белка в дупло. Потом без всякой суеты, не пробив ни одного товара, абсолютно спокойно, я сложила все, что набрала в пакет, оглянулась по сторонам (ну видимо, в поисках того, чтобы еще стащить) и с чувством собственно достоинства, не спеша вышла из магазина. Я офигела! !

"Ничего себе я сутулюсь" - почему-то подумалось мне... .

- Подождите, но этого не может быть! – я судорожно полезла в банк-онлайн, посмотрела историю, последнее списание за 7 сентября было за оплату бутылки воды в «Сапсане». Какой позор! Мне было так стыдно! ! Единственное, что немного примирило меня с действительностью, это то, что все время, пока меня снимала камера, я разговаривала по телефону, и возможно, у меня все-таки нет провалов в памяти, а я просто заговорилась! Ну и устала с дороги.

Я, конечно, все оплатила. Весовые товары мы клали в пакет и взвешивали приблизительно по кадрам с видео. Я извинилась, стояла красная как рак. Женщина-директор сменила гнев на милость и сказала: «Я так-то удивилась, я Вас столько раз видела в магазине и вдруг Вы так неожиданно поступили…».

Я не ходила в дальний магазин месяца два. И вот настал момент, когда какого-то продукта в другом магазине не было, и я, собрав волю в кулак, пошла в дальний. Ну конечно, я встретила директора магазина прямо на входе, как будто она все эти два месяца только и делала, что ждала меня. Она подмигнула мне, и заговорщически произнесла: «А я знала, что Вы придете! », и на мой немой вопрос в глазах продолжила: «Преступник всегда возвращается на место преступления! ». Юмористка, блин!

Видя, что я покраснела, она улыбнулась и сказала: «Не смогла сдержаться, извините. Приходите обязательно! ».

Ну что, я туда больше ни ногой. Да и зачем? Магазинов много, а схема-то, в принципе, рабочая)

одном лице в небольшом поселковом магазинчике, а вторая, приемщицей в поселковом КБО. Из-за чего у них произошло начало конфликта мне неведомо, но разгорался он все дальше и больше. Донос он ведь чем отличается от долга сознательного гражданина общества? Да тем, что в основе лежит решение амбиций и личной выгоды, а не предотвращение преступлений. Вот и стали они друг на друга писать и в ОБХСС и прокуратуру, вплоть до райкома. Всякую мелочь выискивать лишь бы другому навредить. Писали анонимно, хотя все кому нужно, для чего и зачем, авторов знали. Лили всякую грязь, раздували любой поступок оппонента до немыслимых размеров. Хотя у одной из товаров только хлеб да «дунькина радость», а вторая вообще с хламом всяким работает, который и выбросить не жалко. Но в анонимках все преподносилось так, что в тридцать седьмом им бы расстрельную статью пришили. Задолбали не только друг друга, но и всех окружающих. И решил я сделать очную ставку, вызвал их обеих в одно время к себе. Посадил друг напротив друга и стал выяснять их претензии. Злобы в них накопилось столько, что встретившись лицом к лицу и на фоне взаимных отношений все переросло в драку. Я разнимать не стал, а позвал свидетелей, благо опорный пункт в общежитии находился. Зафиксировали все. В общем подвел к тому, что они у меня обе схлопотали по пятнадцать суток. За обоюдную драку в общественном месте. И поехали родимые мести дороги в районном центре. Вернулись загорелыми и ботающими по фене. Во всей красе. Но теперь неразлучными подругами с понятиями.

- Это что же получается? - не врубился я.

- А то и получается, что по закону они бы и по сегодняшний день разбирались, а по понятиям замирились. И здесь не только в баланде решение.

особенно те, кому не столько рыбалка интересна, сколько времяпрепровождение в хорошей компании, да подальше от дома.

Вечером хозяева позвали нас (не ушедших на вечернюю зорьку) ужинать, по местному звучит «вечерять». За столом собрались соседи, сваты, и т. д., вместе с нами получилось почти полтора десятка человек.

Хозяйка – красивая, лет 45, женщина, пышные формы, которые не только не портили общего её облика, но придавали какого-то колорита. Её муж – полная противоположность: мелкий дрыщ, ростом до половины головы свой жены. Но, как оказалось, это не мешало ему быть «кобелём». И он регулярно отхватывал или от обманутых мужей, или от своей жены. За шесть дней я ни разу не услышал, чтобы жена назвала его по имени, обращение звучало: «кАбелина» (от «кобель»). Его кобелирующие свойства раскрывались во всей красе по выходным, когда жена уезжала в город торговать тем, что выращивали в своем хозяйстве - утром в субботу отъезд, в воскресенье вечером прибытие.

Этим пятничным вечером, во время неспешной беседы ни о чем, зашел разговор о том, что куры начали клевать и съедать яйца в гнездах, и как с этим бороться. Среди всевозможных советов прозвучал и такой гениальный, но живодерский – ловим курицу, один держит её крепко, чтобы не трепыхалась, второй человек при помощи спичек или зажигалки нагревает (читай: прижигает) клюв курицы. Как только она дёрнет башкой, можно отпускать. Всё! После такой процедуры курица не в состоянии расклёвывать скорлупу яйца, т. к. ей больно, и по прошествии какого-то времени, эта вредная куриная привычка отступает.

В голове хозяйки что-то щёлкнуло, по идее она должна была воскликнуть: «Эврика», но всё было гораздо прозаичнее. Поднявшись со стула, она ухватила мужа за шиворот, потащила за сарайчик, крикнув куме, чтобы та принесла спички, и громко приговаривая, что она избавит кобеля от его дурного пристрастия путём прижигания его шалавливого «клюва», но не сильно, писать сможет. Мужик бился и дёргался так, как только возможно проявиться инстинкту самосохранению в этой ситуации. Инстинкт (мужик) победил – у жены воротник от рубашки в руке, сам бедолага растворился в ночи. Домой он пришел на другой день, убедившись, что жена уехала. Помогло это для лечения «левохода» или нет – я не знаю. Но теперь знаю точно – сто раз подумай, прежде чем недооценивть женщину, ход её мыслей.